«Без божьей помощи»

Стивен Эриксон

Командир наемников, Балк, понуро сидел на деревянной скамье спиной к каменной стене камеры. Его клетка и еще три таких же располагались через двор от казармы, теперь ставшей тюрьмой для остального отряда. Раньше в камеры сажали нечасто, только когда убийце или пьянице из бойцов требовалось подправить поведение в частном порядке. Обычно кулаками, изредка ножом по горлу.

Штырь отозвал караульного из коридора и придвинул его табуретку поближе к решетке. Балк мельком посмотрел на посетителя и снова опустил взгляд на аккуратную кучку из трех мертвых крыс с явно свернутыми шеями.

Что-то в этой картине заставило Штыря нахмурить брови.

— Ты часом не некромант?

— Нет. Не некромант. — Балк едва заметно ухмыльнулся.

Штырь выдохнул и опустился на табурет:

— Он мертв.

— Кто?

— Самозванец-барон, Ринагг Дурнолесский. Он, похоже, уже и так не мог похвастаться особым здоровьем. Говорят, был при смерти. Но мы успели получить все, что нужно.

— И что же вам было нужно, сержант?

— Кое-что про вас. Он знал достаточно, чтобы вы согласились.

— Согласились на что?

Штырь повел плечами.

— Как я понимаю, сначала вы нанялись на службу по стандартному контракту, но потом… Потом стали грабить.

Балк снова поднял глаза; их почти скрывала темнота, наполнявшая камеру.

— Барон утверждался в своем праве на эту землю. Налоги и пошлины — не грабеж.

— Ага, конечно, — ответил Штырь, — только налоги и пошлины собирают от имени империи. И те, кто занимается этим действительно по праву, передают большую часть региональному коллектору. Ринагга никто не назначал. И он забирал все себе.

— Барон был солдатом, — возразил Балк, — сражался против завоевателей.

— Да, вот только проиграл.

Какое-то время оба молчали. Затем Штырь встал и потер лицо руками. Потянулся спиной и слегка поморщился.

— Ты из благородных. По крайне мере, так считает мой капитан. Человек чести. Твои люди наверняка в этом уверены.

— Лучше бы они поменьше обо мне думали и продолжили как ни в чем не бывало.

— Если бы я тебя убил, они бы точно так и сделали.

— И тогда бы проиграл не барон.

—Вероятно. Так вот, с чего это четыреста опытных бойцов под твоим началом занесло в Дурнев лес? В имперской армии профессиональные солдаты, не наемники. И деньгами Ринагга вы бы не заинтересовались. По крайней мере, поначалу.

— Это почему?

— А откуда у него? Даже обирая торговцев и лесорубов на востоке, он не смог бы платить вам долго. У Ринагга на вас было что-то настолько серьезное, что вы согласились работать без выгоды, возможно даже себе в убыток.

Балк повернул голову и, казалось, с интересом разглядывал стену.

— Вы много знаете о наемниках, сержант?

— Встречались мне. Давно. Почти все еле держали строй даже при хорошем раскладе. Разбегались, только покажи кулак. Надо быть совсем идиотом, чтобы отдавать жизнь за деньги. За некоторым исключением их всех перекупали и разгоняли.

— А как начет тех отрядов, что не разбегались?

Штырь прислонился спиной к стене напротив решетки и скрестил руки на груди.

— Таких было-то всего пара. Может, три.