Не по воле божьей

Стивен Эриксон

Главарь бандитов Балк сидел ссутуленный на деревянной скамье в камере, прислонившись спиной к каменной стене. Одна из трех камер, находящаяся на противоположной стороне казарменного лагеря, была преобразована в тюрьму для шайки Балка. В большинстве случаев тюрьма предназначалась для случайных убийц или пьяниц, каких-нибудь шаек налётчиков, кому требовалось всыпать по первое число. Обычно с кулаками, а иногда с ножом у горла.

Шпиндель отослал конвойного из коридора и придвинул табурет, на котором тот сидел, ближе к камерной решетке. Балк вскользь посмотрел на него, прежде чем снова обратить внимание на пол, где лежала кучка крысиных трупов со сломанными шеями.
Что-то заставило Шпинделя нахмуриться.
- Ты ведь не некромант, верно?
Он слабо оскалил зубы.
- Нет.
Расслабившись, Шпиндель сел.
- Он мертв, - сказал он.
- Кто?
- Самозванец-барон Ринагг из Леса Дураков. Похоже, покойник, как мне доложили, болел с самого начала. Но мы выпытали из него то, что нам нужно, прежде чем он умер.
- И что вам от него было нужно, сержант?
- Он имел доказательство на тебя и этого достаточно, чтобы засвидетельствовать в участии.
- В каком участии?
Шпиндель пожал плечами.
- Я так понимаю, вы были группой наемников и начинали с общего «договора найма», который, в конце концов, перешел во что-то другое, в бандитизм.

Балк поднял взгляд во второй раз, темнота, пронизывающая камеру, опустилась на его глаза.
- Барон отстаивал свое право править регионом. Десятина и пошлины - не бандитизм.
- Ну да, понимаю, - ответил Шпиндель. Но десятина и пошлины взимаются империей. Сами обладатели имперского титула, которые правят, также передают большую часть налогов региональному сборщику. Никто не назначал Ринагга, и он ничего не передавал.
- Барон был солдатом,- сказал Балк. Он боролся против вторжения.
- Да, хорошо, - но он проиграл.
Некоторое время ни один из них не проронил ни слова. Шпиндель поднялся и пнул ему в лицо. Он выгнулся и слегка поморщился.
- Вы – дворянин по происхождению, по крайней мере, так считает мой капитан. Человек чести. Ваши последователи, безусловно, думают также.
- Им плевать на мою судьбу, - сказал Балк.
- Если бы я убил тебя, то уверен, что они поступили равным образом.
- И тогда ты проиграл бы.
- Возможно. Итак, мне интересно, чем вы занимались с бандой из четырехсот ветеранов-наемников, блуждая по Лесу Дураков? Империя не нанимает наемников. Вы не могли пойти на такое, чтобы с самого начала отнять деньги у Ринагга.
- А почему бы и нет?
- Потому что этот человек был никем. Даже учитывая, что он облагал налогом караваны и лесорубов на востоке, он не мог присвоить эти деньги. Независимо от того, что у него было на тебя, бессмысленно бороться с убытками, при этом опустошая собственные владения.

Балк отвел взгляд, казалось, изучая одну из стен.
- Много знаете о бандах наемников, сержант?
- Столкнулся с парочкой, да. Много лет назад. Большинство из них не объединялись вместе, даже когда дела шли в гору. Покажи им кулак в кольчуге, и они чаще всего разбегаются. Нужно быть особенным дураком, чтобы отдать жизнь за монету.
За некоторыми исключениями империя выкупала их, а затем разбивала.
- А те, что лучше?
Шпиндель подвинулся, чтобы прислониться спиной к стене напротив решетки. Он скрестил руки на груди.
- Их двое, может быть, трое, - сказал он.