Бог не желает

Стивен Эриксон

Прислонившись согнутой спиной к каменной тюремной стене, на деревянных нарах расположился главарь бандитов Балк. Эта камера и три другие на противоположной стороне лагеря вдали от казарм были отведены под содержание наемников Балка. Как правило, в эту тюрьму бросали случайных убийц и пропойц, иногда сюда попадали служивые в воспитательных целях. Причиной тому могла послужить драка, но бывало и перерезанное горло.

Шпиндель отослал коридорного охранника и придвинул стул, на котором тот сидел, ближе к решетке. Балк лишь косо взглянул на него и снова уставился в пол, где из трех крыс с очевидно намеренно сломанными шеями была сложена маленькая кучка.

При виде этой сцены лицо Шпинделя напряглось.

— Ты же не колдун, нет же?

Слегка оскалившись, Балк ответил:

— Нет, не колдун.

Расслабившись, Шпиндель сел.

— Он сыграл в ящик.

— Кто?

— Самоназванный Барон Ринагг из Леса Дураков. Кажется, сильно болел. Мне сказали, он был не жилец. Но прежде чем он откинулся, мы получили от него то, что хотели.

— И что же вы от него хотели, сержант?

— У него кое-что было на тебя. И этого кое-чего достаточно, чтобы шантажом заставить тебя это делать.

— Делать что? Точнее.

Шпиндель пожал плечами.

— Я так понимаю, вы были наемнической кампанией и то, что начиналось как служба по контракту, превратилось в нечто иное. Бандитизм.

Балк снова поднял глаза, лицо его скрывали тени наводнившие камеру.

— Барон отстаивал свое право управлять регионом. Взимал десятины и пошлины. Не бандитизм.

— Да, я понял, — ответил Шпиндель, — Но правом взимать десятины и пошлины наделяет Империя. А наделенные данным правом, передают львиную долю собранных налогов региональному сборщику. Ринагга же никто не назначал, он ничего не передавал.

— Барон был солдатом, — пояснил Балк. — Он сражался с захватчиками.

— Да, конечно, и он потерпел поражение.

Некоторое время оба молчали. Затем Шпиндель встал, потел лицо, выпрямился и слегка прищурился.

— Капитан считает, что ты из благородных или что-то вроде того. Твои последователи определенно думают так.

— Им следовало оставить меня.

— Если бы я тебя убил, они определенно так и сделали бы.

— И тогда ты потерпел бы поражение.

— Возможно. Мне вот интересно, что ты делал в компании четырехсот бывалых наемников, бродивших по Лесу Дураков? Империя не пользуется услугами наемников. И это точно не из-за денег Ринагга. По крайней мере, по началу.

— И почему же нет?

— Потому что он был никем. Даже обложив пошлинами караваны и дровосеков на востоке, он все равно не смог бы позволить себе так долго оплачивать твои услуги. Чтобы у него на тебя ни было, это было достаточно серьезной причиной работать себе в убыток. Возможно, ты даже не раз залезал в собственный карман.

Балк отвернулся, будто изучая стену.

— Много ты знаешь о военных кампаниях, сержант?

— Встречал несколько. Большинство из них едва держались вместе, даже когда дела шли хорошо. Стоило им показать, кто здесь хозяин, и в основном они разбегались кто куда. Надо быть полным идиотом, чтобы отдать жизнь за деньги. За редким исключением Империя выкупала услуги наемников по одному, чтобы позднее расколоть их.

— А лучшие из них?

Шпиндель откинулся назад, облокотился о стену напротив решетки и скрестил руки на груди.

— Ну, двое, может трое.