Главарь разбойников Брусок сидел в тюремной камере на деревянной лавке, сгорбив спину. Эта и еще три камеры располагались напротив казарм военного лагеря, превращенного в тюрьму для его отряда. Как правило, там ждали дебоширов и убийц, из рядовых, где без огласки приводили в чувство. Обычно кулаками, но могли и нож приставить к горлу.

Шпиндель выслал караульного из коридора и пододвинул его табурет к решетке. Бегло взглянув на сержанта, Брусок опять уставился в пол, где аккуратной пирамидкой были сложены три дохлых крысы, которым явно свернули шею.

Шпиндель нахмурился.

- Ты что, некромант?

Брусок усмехнулся, тускло блеснув зубами.

- Нет, конечно.

Облегченно вздохнув, Шпиндель сел.

- Он мертв.

- Кто?

- Ринагг, самозваный барон из Шутовского леса. Начну с того, что он был очень болен. Мне сказали, не жилец. Однако прежде чем он умер, мы развязали ему язык.

- И что хотели от него, сержант?

- Он знал твою подноготную и вынудил пособничать.

- В чем именно?

Шпиндель пожал плечами.

- По мне, когда ты сколотил отряд наемников, вначале была служба по обычному контракту. Однако потихоньку все закончилось разбоем.

Брусок снова поднял глаза. Полумрак, царивший в камере, почти скрывал его лицо.

- Барон отстаивал право хозяйничать на своей земле, собирать десятину и другие налоги. Никакого разбоя.

- Так точно, понимаю, - ответил Шпиндель. – Только налогами ведает империя. К тому же имперские дворы большинство налогов передают местным сборщикам. Никто не назначал Ринагга, и ничего он не сдавал.

- Барон был воином, - сказал Брусок. – Он сражался против захватчиков.

- Ну да, и что? Он проиграл.

Оба замолчали. Наконец, Шпиндель встал и потер лицо. Затем выгнул спину и слегка поморщился.

- Ты из знатного рода, как убежден мой капитан. Человек порядочный. Уверен, твои соратники считают так же.

- Их не должна была тревожить моя участь, - сказал Брусок.

- О чем тревоги, перережь я тебе глотку.

- Тогда бы и тебе конец.

- Возможно. Так что же ты забыл в Шутовском лесу с отрядом в четыре сотни отъявленных головорезов? Империя наемников не содержит. Деньги напрямую у Ринагга до тебя никто не брал.

- Почему бы не взять?

- Барон – пустое место. Он не мог платить долго, даже обложив налогом лесорубов и торговые караваны на востоке. Ты счел угрозой то, что он разнюхал, вот и приходится служить, иначе крышка. Свои же земли разоряешь, или я неправ?

Брусок отвел глаза и сделал вид, что изучает стену.

- Много знаешь о наемниках, сержант?

- Так точно. Сражался с ними в прошлом, и не раз. Почти все едва держались вместе, даже если дела шли неплохо. Покажи им бронированный кулак и, скорее всего, разбегутся. Мало дураков, готовых променять на деньги свою жизнь. За редким исключением, империя выкупала их и отпускала восвояси.

- А кто самый достойный?

Шпиндель отодвинул табурет от решетки и прислонился спиной к стене. Скрестив руки на груди, он сказал:

- Было двое. Третий – кому как.