̶ Он изменился, ̶ сказал Ричард.
Пожалуй, да. Изменился. Голова выбрита на панк-рокерский манер, а сам прячусь в кладовке, подслушиваю чужие разговоры.
̶ Ещё бы! ̶ воскликнула Бренда. – Чудо, если б он остался прежним после всего, что стряслось.
И впрямь. Рука сломана. Череп пробит. Эмоциональный калека и без пяти минут параноик. Прильнув к двери, я впитывал каждое слово.
̶ Он что-то от меня скрывает.
Ричарду и не снилось, сколько.
̶ Что? – крикнула Бренда, пытаясь перекрыть звон столовых приборов, плещущихся в мойке.
̶ Ещё в больнице он заговорил о каких-то кошмарах. Там бы мне его и дожать, но переусердствовать тоже опасно. Он пока мне не слишком доверяет.
Ричард помолчал.
̶ И в аэропорту непонятное что-то произошло. Я куда-то дел багажные талоны, долго искал. А он будто знал, что они в бумажнике. Но как я их туда клал, точно не видел.
̶ Просто их туда обычно и кладут. Или уж он экстрасенс, - беззаботно выдала она первое, что пришло на ум. Звеня стаканами, выкатилась верхняя полка посудомойки.
Наступила тишина. Я будто видел, как тяжелеет взгляд Ричарда.
̶ Завтра же свяжусь с университетской клиникой Буффало, ̶ заявил он. – Может, найду ему подходящего врача.
̶ А как решил с ним быть дальше?
̶ Как-как. Поживёт с нами, пока не оправится.
̶ А если захочет назад, в Нью-Йорк?
̶ Скатертью дорога.
Дверца посудомойки закрылась.
̶ Не лги, ̶ резко возразила Бренда. – Ты собрался оставить его здесь. Чтобы он жил по твоей указке, стал твоим подобием. Но он ̶ не ты, он твой брат. Который много лет прожил самостоятельно, без тебя. Теперь ему надо жизнь наладить. И, может статься, в ней не окажется для тебя места. Отнесись к этому с пониманием.
Бренда умница. Прислушайся к ней, брат.
Я шмыгнул в свою комнатку, прикрыл дверь и прислонился к ней, закрыв глаза и не в силах разобраться в собственных чувствах. Накатывала паника.
Действительно, я другой.
Вытянувшись на узкой койке в своей комнатёнке, я принялся восстанавливать в уме недавние события.
После увольнения по сокращению штатов я на полгода оказался без работы. Решил уже вернуться к профессии налогового следователя. Как тут — это ограбление.
Спустя десять дней после него я был уже в Буффало, Нью-Йорк, за четыреста миль от места событий, и поселился в доме старшего брата по отцу, где он жил со своей подругой. Я оказался счастливчиком. Непросто найти крышу над головой без гроша в кармане, уповая лишь на чужое милосердие.
Годы не оставили следа на лице Ричарда Алперта, разве что пару морщин добавили. Помимо ума, брат обладал импозантной внешностью, к тому же был богат: как единственному наследнику, ему полностью отошло состояние Алпертов.
От Ла-Гуардия до международного аэропорта Буффало-Ниагара было пятьдесят семь минут лёта. Мне они показались часами из-за невыносимой, разрывающей головной боли. У заградительной стойки в зоне прилета нас встречала Бренда Стэнли, темнокожая красотка. Ей было тридцать четыре, на год меньше, чем мне, но мудрость и сострадание, светившиеся в глазах этой молодой женщины, выдавали в ней глубокую, зрелую натуру. Наскоро чмокнув Ричарда, она повернулась ко мне.
- Погано выглядишь, Джеффи Резник. Хорошо бы тебе набрать фунтов десять. Но ничего, ты в нужных руках: я их живо тебе наращу.
Бренда права: исхудал я страшно. В обычной жизни я парень как парень. Люблю джинсы и недолюбливаю костюмы с галстуками. Сейчас же джинсы сваливались у меня с бедер и держались на помочах. Всё это прикрывал единственный летний пиджак, найденный Ричардом в моей нью-йоркской квартире.
Сведя брови, Бренда осторожно меня обняла, стараясь не задеть сломанную руку. Затем отступила на шаг.
- А может, вы, парни, подрались?
- Бренда, - с укором протянул Ричард.
- А то как старый да малый сойдутся, жди неприятностей. Уж я-то знаю.
Между мной и Ричардом было четверть века разницы, потому и близости особой не возникло. Недавнее воссоединение в больнице Нью-Йорка представлялось шатким. Чем-то сродни временному перемирию. А уж долго ли оно продлится – покажет лишь время.
- Нет, мы смирные, - заверил я её.
- Ну хорошо. Вы, парни, ступайте за багажом, - велела Бренда, - а я подгоню машину. Поди, ворьё с парковки нагрело меня баксов на пять. Просто бандиты на большой дороги, - не переставая причитать, она удалилась.
- Ну, пошли, - сказал Ричард и направился к багажной карусели, в направлении подвесных указателей.
̶ Почему не женишься на Бренде? Не сделаешь законной женой? – Спрашивая, я старался не отстать от Ричарда.
̶ Пытаюсь, и не первый год. Но она ни в какую. Мама-де этого не переживёт.
- Брака с богатым белым врачом?
- Да. Всё дело в слове «белым».