“Убийство в голове” Л.Л. Бартлетт

- Он уже не тот, что раньше, - говорит Ричард.

Прячась за дверью кладовки, с наполовину обритой головой, будто у какого-то панк-рокера, я подслушиваю чужой разговор... да, я и правда изменился.

- Конечно, - отвечает Брэнда. - После всего, что произошло, я бы удивилась, если б он остался прежним.

Сломанная рука, пробитый череп. Психологическая травма. И прогрессирующая паранойя. Я слегка наклонился, вслушиваясь.

- Он что-то от меня скрывает.

Ричард и половины всего не знает.

- О чем ты? — спрашивает Брэнда; слышится стук столового серебра, убираемого в кухонный ящик.

- Там, в больнице, он говорил про кошмары. Нужно было надавить, заставить рассказать, но я не хотел наседать. Он все еще не доверяет мне.

Он замолкает на мгновение.

- Кое-что странное случилось в аэропорту. Я искал наши квитанции. Он знал, что они в кошельке, а ведь он не мог видеть, как я клал их туда.

- Это логичное место. Или же он экстрасенс, - выдает она без задней мысли.

Выкатывается верхняя корзина посудомоечной машины, звенят стаканы.

Тишина. Я представляю себе застывший взгляд Ричарда.

- Завтра я позвоню в медицинский центр университета Буффало, — говорит Ричард. - Может быть, там найдется врач, который поможет ему.

- И что ты будешь делать с ним потом?

- Ничего. Он здесь, чтобы восстановиться.

- А что, если он захочет вернуться в Нью-Йорк?

- Пусть едет.

Дверца посудомоечной машины закрылась.

- Чушь, - отвечает Брэнда. - Ты хочешь, чтобы он остался здесь. Ты хочешь дать ему другую жизнь, сделать похожим на себя. Но он твой брат, а не ты. Он много лет выживал без тебя. И теперь ему нужно все начать сначала. Не переживай из-за того, что вскоре ты ему больше не понадобишься.

Прагматичности в Брэнде хоть отбавляй.

На цыпочках я возвращаюсь в свою комнату и закрываю дверь. Привалившись к ней спиной, я прикрываю глаза, запутавшись в своих чувствах. На меня накатывает паника.

Да, я изменился.

Я растягиваюсь на односпальной кровати в маленькой обшарпанной комнате и думаю о том, что же случилось.

Через шесть месяцев без работы из-за сокращения штатов, я собирался вернуться к карьере страхового следователя. Это было до нападения.

Десять дней спустя я уже был в четырехстах милях отсюда, в Буффало, штат Нью-Йорк, у моего сводного старшего брата и его сожительницы. Мне, разбитому и беспомощному, очень повезло найти место, где меня приняли с добротой.

Доктор Ричард Альперт не сильно изменился за эти годы. Новые морщины расчертили его лицо, однако Ричард обладал не только внешностью, но и мозгами, а теперь еще, как единственный наследник, всем состоянием семейства Альперт.

Полет из Ла-Гуардия до международного аэропорта Буффало-Ниагара занял 57 минут. С моей разрывающей череп болью в голове - казалось, прошло 57 часов. Брэнда Стэнли, симпатичная темнокожая женщина, ждала нас по другую сторону ограждения. В свои тридцать четыре - на год моложе меня - Брэнда была намного старее душой, а ее глаза отражали всю глубину ее сострадания. После объятий и быстрого поцелуя с Ричардом, она повернулась ко мне.

- Джеффри Резник, ты выглядишь отвратительно. Тебе нужно набрать десять фунтов, и я не успокоюсь, пока не откормлю тебя.

Насчет веса она была права. В обычной жизни я ничем не примечательный парень. Предпочитаю джинсы костюмам и галстукам. Сейчас эти джинсы висели на мне, как на вешалке. Под легкой летней курткой - единственной, которую Ричард смог найти в моей квартире - пряталась повязка.

Брэнда нахмурилась и осторожно, чтобы не причинить боль сломанной руке, приобняла меня. Затем отодвинулась.

- Вы двое не успели поругаться, я надеюсь?

- Брэнда, - предостерегающе сказал Ричард.

- Я знаю, что бывает, когда старик и мальчишка оказываются вместе.

Из-за двенадцатилетней разницы в возрасте мы с Ричардом никогда не были особо близки. Встреча в больнице Нью-Йорка несколько дней назад далась нам нелегко. Мы заключили перемирие. Теперь надо было узнать, долго ли оно продержится.

- Мы не в ссоре, - заверил я ее.

- Хорошо. Вы двое, заберите багаж, - распорядилась Брэнда. - А я пойду подгоню машину. Я не дам этим парковочным попрошайкам развести меня на пять баксов. Грабеж средь бела дня, - пробормотала она, уходя.

- Пойдем, - позвал Ричард и ушел вперед, следуя знакам, ведущим к багажной ленте.

- Почему ты не женишься на Брэнде, чтобы все было официально? - спросил я, стараясь не отставать.

- Я много лет пытался. Но она говорит, что это разобьет ее матери сердце.

- Брак с богатым белым доктором?

- Проблема с частью про "белый".