«Разум подсказывал» Лоррейн Бартлетт

– С ним что-то не так, – сказал Ричард.

И, действительно, я уже не был таким, как прежде. Раньше я и представить не мог, что выбрею полголовы, стану похож на панк-рокера и буду подслушивать чужие разговоры.

– Неудивительно, после всего, что он пережил, – возмутилась Бренда.

А именно: сломанная рука, пробитый череп, стресс и эмоциональные истощение, которые привели к паранойе. Я наклонился ещё ближе, чтобы получше всё расслышать.

– Он точно что-то от меня скрывает.

Ричард даже и не догадывался, как многого он не знает.

– Что именно? – спросила Бренда. Со звоном столовое серебро упало в кухонный ящик.

– Он упомянул о ночных кошмарах, беспокоящих его, ещё когда был в больнице. Мне следовало бы расспросить об этом, заставить его рассказать, но я не хочу давить на него. Ведь он всё ещё не доверяет мне.

На мгновение Ричард замолчал.

– В аэропорту произошло кое-что странное. Я никак не мог найти багажные талоны. Он знал, что они лежали в моём бумажнике, но не видел, как я их туда клал.

– Подходящее место для хранения важных бумаг. А может, он экстрасенс? – предположила Бренда не подумав. Выдвинулась верхняя полка посудомоечной машины, звякнули стаканы.

Напряжённая тишина. В этот момент я мог представить себе суровый взгляд Ричарда.

– Завтра я свяжусь с медицинским центром при университете в Буффало, –сказал Ричард, – посмотрим, смогу ли я найти для него врача.

– Что ты задумал?

– Ничего такого. Он здесь для того, чтобы вылечиться.

– Что, если он захочет вернуться в Нью-Йорк?

– Он вправе поступать так, как он пожелает.

Дверца посудомоечной машины захлопнулась.

– Чушь! – сказала Бренда, – кого ты пытаешься обмануть? Ты хочешь, чтобы он остался здесь. Ты хочешь перевернуть его жизнь, переделать его по своему образу и подобию. Да, он твой брат, но он не обязан быть твоей копией. Годами он строил свою собственную жизнь без тебя. Ему нужно будет начать всё с чистого листа. Потом не удивляйся, если он не будет нуждаться в твоей помощи.

Бренда, как всегда, говорит дело.

На цыпочках вернувшись в свою комнату, я закрыл дверь. Прислонившись к двери, я закрыл глаза. Меня охватили смешанные чувства. Паника подступила вплотную.

Да, я сильно изменился.

Я растянулся на односпальной кровати в этой обшарпанной комнатушке и задумался о произошедшем.

После шести месяцев безработицы в связи с сокращением штата я собирался возобновить свою карьеру в качестве следователя по страховым случаям, пока не случилось ограбление.

Через десять дней после происшествия я оказался за четыреста миль от родного дома, в Буффало, штат Нью-Йорк, переехал к своему старшему единоутробному брату и его сожительнице. У меня не было ни гроша в кармане. Если бы не их доброта, то мне некуда было бы податься.

Доктор Ричард Альперт не сильно изменился за прошедшие годы, лишь немного новых морщин появилось на его лице. Ум, внешность и состояние семьи Альперт - всё было при нём.

Полет из Ла-Гуардия в международный аэропорт Буффало-Ниагара длился пятьдесят семь минут. От боли у меня раскалывалась голова. Мне показалось, что каждая из этих минут длилась не менее часа. Бренда Стэнли, симпатичная темнокожая женщина, уже ждала нас в аэропорту. Ей было тридцать четыре года, на год меньше, чем мне, но она была мудрая не по годам. После незначительного поцелуя и объятий с Ричардом, она повернулась ко мне и сказала: «Джеффи Резник, ты выглядишь дерьмово. Если тебе нужно откормиться, то ты обратился по адресу.»

Она была права насчет моей худобы. В обычной жизни я не отличаюсь от большинства людей. Я чувствую себя комфортнее, надевая джинсы, чем костюм с галстуком. Теперь мои джинсы свисали с бедер. Повязку скрывала легкая летняя куртка – единственная, которую Ричард смог отыскать в моей квартире.

Бренда нахмурилась и, стараясь не давить на мою сломанную руку, осторожно обняла меня. Отойдя, она спросила:

– Вы двое не ругаетесь, а?

– Бренда, – возмутился Ричард.

– Ну, я знаю, как бывает, когда люди разных поколений собираются вместе.

Из-за двенадцатилетней разницы в возрасте мы с Ричардом никогда не были близки. Наша встреча в больнице в Нью-Йорке за несколько дней до этого была непростой. Мы заключили перемирие. Теперь посмотрим, сможем ли мы с этим жить.

– Мы не ссоримся, – заверил я ее.

– Хорошо. Вы двое несите багаж, – сказала Бренда, – я подгоню машину. Эти типы на парковке собираются оштрафовать меня на пять баксов. Грабёж среди бела дня, – пробормотала она, уже уходя.

– Пошли, – сказал Ричард и начал уходить, следуя за указателями к багажной карусели.

– Почему бы тебе не сделать Бренде предложение и не узаконить ваши отношения? – спросил я, изо всех сил стараясь не отставать.

– Я пытаюсь сделать это уже много лет. Она говорит, что это разобьет сердце ее матери.

– Выйти замуж за богатого врача в белом халате?

– Проблема в том, что не только халат белый.