Убийство в моей голове
Л. Л. Барлетт
«Он изменился», - сказал Ричард.
Моя голова, наполовину выбритая, как у какого-нибудь панк-рокера, пряталась за дверью столовой и подслушивала чужие разговоры…. Да уж, я действительно изменился.
«Конечно, изменился», - ответила Бренда. «Как не измениться после того, что случилось».
Сломанная рука, пробитый череп. Эмоциональный срыв. Да ещё и паранойя. Я всё сильнее прижимался к двери, чтобы лучше расслышать.
«Он что-то скрывает от меня».
Ричард и половины не знает!
«Что же?» - спросила Бренда сквозь звон столового серебра, падающего в ящик буфета.
«В больнице он говорил о своих ночных кошмарах. Мне бы следовало вытянуть из него подробности, но я не хочу слишком давить на него. Он всё ещё не доверяет мне».
Он смолк на мгновение. « И этот странный случай в аэропорту. Я искал квитанции на получение багажа. Он знал, что они в моём бумажнике, хотя и не видел, как я положил их туда».
«По логике там им самое место. Или он телепат», - бросила она небрежно. Моечная полка пришла в движение, звякнув стаканами.
Наступило молчание. Мне было легко представить застывший взгляд Ричарда.
«Завтра я позвоню в медицинский центр университета Буффало»,- сказал Ричард. «Посмотрим, смогу ли найти для него врача».
«А что ты будешь делать с ним потом?»
«Ничего. Он здесь, чтобы выздоравливать».
«А если он захочет вернуться в Нью-Йорк?»
«Тогда пусть возвращается».
Дверца посудомоечной машины захлопнулась.
«Вздор», - сказала Бренда. «Ты хочешь, чтобы он остался. Хочешь, чтобы он отказался от своей прежней жизни, хочешь переделать его по своему образу и подобию. Но он твой брат, он никогда не будет тобой. Он много лет строил свою жизнь без тебя. И он захочет снова получить свою независимость. Так что не обижайся, когда он скажет, что больше в тебе не нуждается».
Бренда – сама прагматичность!
На цыпочках прокравшись в свою комнату, я закрыл дверь. Я прислонился к ней спиной и прикрыл глаза, не понимая, что чувствую. Накатывала паника.
О да, я стал другим.
Я растянулся на узкой кровати в этой убогой маленькой комнате и стал думать о том, что случилось.
После сокращения я шесть месяцев был безработным и, наконец, собирался приступить к новой должности эксперта по страховым случаям. И вдруг это ограбление.
Десять дней спустя я оказался в четырёхстах милях от дома, в Буффало, штат Нью-Йорк, в доме моего сводного брата и его сожительницы. Искалеченный и полностью зависимый от них. Но мне ещё повезло, что есть куда пойти.
Доктор Ричард Алперт почти не изменился за эти годы. Лишь новые морщины появились на его лице. У него есть мозги и собственные взгляды и, будучи единственным наследником, он получил всё состояние Алпертов.
Перелёт из Нью-Йорка в Буффало занял пятьдесят семь минут. Но для моей больной разбитой головы они показались пятьюдесятью семью часами. Бренда Стенли, красивая чернокожая женщина, стояла за защитным барьером аэропорта и ждала нас. В свои тридцать четыре года, лишь годом младше меня, она была мудрой женщиной и в её глазах отражалась вся глубина сострадания. Обменявшись с Ричардом лёгкими объятиями с поцелуем, она повернулась ко мне.
«Джеффи Ресник, ужасно выглядишь. Тебе нужно срочно набрать хотя бы десять фунтов, и я уж позабочусь, чтобы ты их набрал».
Она права, я похудел. Я всегда был парнем среднего телосложения, предпочитал джинсы деловому костюму с галстуком. Теперь мои джинсы висели на мне, как мешок. Руку на перевязи скрывала лёгкая летняя куртка – единственная, которую Ричарду удалось найти в моей квартире.
Бренда нахмурилась и осторожно, чтобы не задеть мою сломанную руку, обняла меня. Затем отступила на шаг. «Вы двое не ссоритесь, правда?»
«Бренда»,- сказал Ричард укоризненно.
«Ну, я знаю, как это бывает, когда старший и младший братья собираются вместе».
Ричард старше меня на целых двенадцать лет, поэтому мы никогда не были близки. Наше воссоединение в больнице Нью-Йорка несколько дней назад прошло весьма напряжённо. Наконец, мы заключили перемирие. Посмотрим, как долго оно продлится.
«Не ссоримся», - заверил я её.
« Отлично. Забирайте багаж», - сказала Бренда. « А я подгоню машину. Эти воришки на парковке готовы влезть в машину за каких- нибудь пять баксов. Грабёж посреди дороги», - бормотала она, уходя.
«Пойдём», - сказал Ричард и пошёл в направлении указателей к багажной ленте.
«Почему ты не женишься на Бренде и, наконец, не узаконишь ваши отношения?» - спросил я, пытаясь не отставать от него.
«Я предлагал ей много раз, но она говорит, что это разобьёт сердце её матери».
«Если дочь выйдет замуж за богатого белого доктора?»
«Вот именно, за белого».