Джон Майло Форд
Последние жаркие деньки.

— Так её имя Норма Джин?

— Именами у нас тут делиться не принято, — ответил коротышка, — Предпочитаем прозвища.

Он поочередно кивнул на здоровяка и на эльфа:

— Это вот Линкольн МакКейн, и Ловец Туч, Что Не Выдаст Сестринских Тайн, отзывается и на Тучелова. А я зовусь мистер Патрис. Пат-рис.

— Дэнни Холман.

— Ты, значит... учишься на доктора?

— Я фельдшер.

— О как, даже с лицензией?

— Ага. Но я попозже похвастаюсь, можно? Девушку поскорей бы в больницу.

— Лады. И... лады.

— Ближе всего в округ Кук, — пробасил здоровяк МакКейн.

— Небезопасно, — прошелестел эльф голосом, похожим на шёпот ветра в высокой траве.

— Боюсь, что так, — подтвердил Патрис. — Как беда, вечно вспомнишь, что не одна.

— Тогда больница Майкла Риза, — предложил МакКейн.

— Годится. — Патрис обернулся к Дэнни. — Тебе же не привыкать работать во время езды? Поедем без резких движений, а ближе к городу и дороги получше.

— К городу? — переспросил Дэнни. — Погодите, а как же моя машина, а вещи?

— В ближайшее время они тебе не понадобятся, — бесцеремонно отрубил Патрис.

— Не могу же я просто бросить машину!

— Ещё как можешь. Обещаю, к утру её привезут в целости и сохранности вместе с пожитками. А если тебе что понадобится до тех пор — что угодно, — только скажи. Увидишь, добро я ценить умею.

Он задумчиво поглядел вдаль сквозь Тучелова и дверь машины.

— Да и... не похоже, что тебе доводилось бывать в Ливи.

— Так вы из Ливи? — слишком поспешно спросил Денни и смутился. Ну что за глупый вопрос, если в машине эльф. — Э-мм... никогда.

— Там газанёшь от души, и заглохнет твоя машина совсем, — сказал МакКейн.

— А ваша нет?

— А наша двухтопливная, — отмахнулся здоровяк. — Не переживай ты. Машинка у тебя милая. Её не обидят.

— Туча, я вперёд. Поедешь тут, — распорядился мистер Патрис. Тучелов кивнул, откинул сиденье и закрыл свою дверь.

МакКейн отодвинулся, выпуская Патриса, потом снова склонился к машине и указал Дэнни на кнопочную панель минибара:

— Управление подсветкой. Прикуриватель, если надо. И найди себе что-нибудь, там внизу оставалась пара бутылок холодного пива.

Он захлопнул дверь.

Машина тронулась с места, взбрыкнула пару раз, выбираясь на дорогу, а дальше пошла очень плавно. Дэнни аккуратно вытер кровь с головы Нормы Джин; рана казалась теперь не такой уж и страшной. Потом наложил лёгкую повязку, оставляя возню с бритьём волос персоналу больницы. Отметил, что в тусклом освещении йод почти не отличается от крови.

И, наконец, огляделся. Ловец Туч, Что Не Выдаст Сестринских Тайн застыл изваянием, примостив на коленях дробовик. Живыми казались только его глаза, серебристо мерцающие и изменчивые, как ртутная поверхность. За тёмными стёклами Дэнни не мог разглядеть ничего, ни снаружи, ни даже на переднем сиденье. Зато эльфы, по слухам, прекрасно видели в темноте — благодаря ночному зрению, или чему-то похожему.

— Мистер Тучелов...

— Не надо мистера, — перебил эльф. — Просто Тучелов. Туча, если станем друзьями.

— Тучелов, не могли бы вы убрать пушку?

— Руфины могут сунуться снова. — Тембр эльфийского голоса смягчился, стал более человеческим, — Убирать неразумно.

— Да уж... пожалуй.

Норма Джин застонала, завозилась, сдавленно вскрикнула.

— Шшш, тише, Норма Джин, — зашептал Дэнни, мягко прижимая её плечо рукой. Судя по всему, боль стала терпимее, и девушка облегчённо выдохнула.

— Ей очень больно? — голос Патриса донёсся из решётки интеркома, встроенной в перегородку.

— Она в бреду, почти без сознания. Только вот... нет ли тут одеяла?

— В ящике под сиденьем.

— Ты, может, дашь ей что-нибудь? — попросил Патрис, пока Дэнни укрывал Норму Джин.

— От боли? У меня с собой только аспирин и бензокаиновая мазь. Не поможет.

Наступила тишина. Голова девушки мелко подрагивала.

— Квалификацию не оспариваю, но самое время посмотреть документы, — сказал мистер Патрис, и из разделительной перегородки выдвинулся небольшой ящик.

— И права смотреть будете? — спросил Дэнни, вытаскивая бумажник.

— Отчего же не взглянуть.

— О, — хохотнул Патрис, разглядывая переданные карточки, — Ты посмотри когда он родился, Линкольн.

— Ну да! — вспыхнул Дэнни. — Да, мне ещё девятнадцать, и что с того? Документы настоящие и машина моя. Всего через пару недель день рождения...

— Ни больше ни меньше, тридцать первое октября, — продолжил Патрис. — Хэллоуин.