«Ураган на Ямайке», Ричард Хьюз

Но Эмили хватило и этого. Землетрясение ударило ей в голову: она пустилась в пляс, и ноги её вязли в песке. Это оказалось заразно. Джон кувыркнулся и покатился кубарем по мокрому песку, пока не оказался в воде, едва способный отличить, где верх, а где – низ.
Эмили вдруг осознала, чего хочет. Она вскочила на своего пони и пустила его галопом по пляжу, лая по-собачьи. Дети Фернандес лишь наблюдали со стороны, бесстрастно, но без осуждения. Джон же, взяв курс на Кубу, грёб так яростно, будто акулы кусали его за пятки. Эмили загнала пони в море и хлестала его, хлестала, пока тот не поплыл к рифам вслед за Джоном, а Эмили, сидя верхом, всё лаяла до хрипоты.
Развернулись они метров через сто, не меньше. На обратном пути Джон держался за ногу Эмили, сопя и хватая воздух ртом: оба они вымотались и физически, и эмоционально.
Джон выговорил с трудом:
— А будешь скакать голышом, подхватишь лишай.
— Ну и пусть.
— Вот подхватишь взаправду, будет не «пусть».
— Ну и пусть! – упрямо твердила Эмили.
Берег казался недостижимо далёким. К тому времени, как они ступили на пляж, остальные успели одеться и собирались в обратный путь. Вскоре их процессия уже двинулась сквозь ночь в сторону дома. Маргарет вдруг сказала:
— Вот видите.
Ей никто не ответил.
— Я, как проснулась, почуяла: будет землетрясение. Помнишь, я так и сказала, Эмили?
— «Почуяла», — фыркнул Джимми Фернандес. – Вечно ты что-то чуешь!
— У неё жуть какой тонкий нюх, — гордо сообщил Джону младший, Гарри. – Она вещи в стирку разбирает по запаху: чует, чьи они.
— Не чует она ничего, — вмешался Джимми. – Притворяется. Все люди пахнут одинаково!
— А вот и чую!
— Ну, собаки точно чуют, — заметил Джон.
Эмили промолчала. Люди пахнут по-разному, тут и обсуждать нечего: она и сама с лёгкостью отличала своё полотенце от полотенца Джона, могла даже определить, пользовался ли им кто-то из младших. Но сам разговор об этом показывал нравы креолов во всей красе: с такой непосредственностью обсуждать Запах.
— Как бы то ни было, я говорила, что будет землетрясение – и вот, пожалуйста, - заключила Маргарет.
Вот! То, чего ждала Эмили! Это всё же было Землетрясение. Эмили страсть как не любила задавать вопросы, это казалось ей признаком небольшого ума, но, к счастью, Маргарет только что многословно подтвердила её догадки.
Если Эмили вернётся когда-нибудь в Англию, сможет там всем рассказывать: «Я пережила Землетрясение».
Это осознание возродило в ней пьяный восторг, уже было притухший. Ведь с тем, что случилось, не сравнится никакое другое испытание, будь оно даже ниспослано самим Богом. В этот момент, взлети она даже в небо – это чудо не затмило бы чудо уже произошедшее. Небеса сыграли свой главный козырь, и маленькая Эмили выстояла, тогда как иные взрослые мужи (например, Корей, Дафан и Авирон*) пали.
Жизнь вдруг показалась пустой и бессмысленной, ведь никогда больше с ней не случится ничего столь опасного, столь грандиозного.

* Корей, Дафан и Авирон – библейские персонажи, мятежники, возглавившие восстание против Моисея и Аарона во время странствования евреев по пустыне. В наказание вместе со всем имуществом были поглощены разверзшейся землей.