Что до Эмили, то землетрясение опьянило её. Она пустилась танцевать, неуклюже перепрыгивая с ноги на ногу. Пример оказался заразительным:Джон заходил колесом по мокрому песку. Он описывал все более и более широкие круги, пока не оказался в воде, не понимая из-за головокружения, где верх, где низ.
Тут Эмили выкинула еще одну штуку: вскарабкалась на пони и поскакала по пляжу, то и дело принимаясь лаять. Юные Фернандесы смотрели во все глаза, не без тайного одобрения. Джон, тем временем, уже плыл в сторону Кубы, так быстро, словно спасался от акулы. Эмили же загнала пони в воду и всё колотила его по бокам пятками, пока тот не поплыл. Так верхом, визжа до хрипоты, она устремилась вдогонку за Джоном,
Только в доброй сотне ярдов от берега они выдохлись и повернули назад. Джон, тяжело дыша и отфыркиваясь, шёл уцепившись за ногу Эмили.
- Нельзя садиться голой кожей на пони. Ты так лишай подхватишь.
- Ну и пусть. Наплевать.
- Подхватишь - по-другому заговоришь.
- На-пле-вать!
Путь до берега оказался очень долгим. Когда они вернулись, остальные уже были одеты и готовы тронуться в путь. Домой шли в темноте.
- Вот так-то, - сказала Маргарет.
Никто не ответил.
- А ведь я почуяла землетрясение ещё утром, как только встала. Эмили подтвердит.
- Так прямо и почуяла? - откликнулся Джимми Фернандес.
- Нюх у нее отменный, - гордо заметил Гарри, самый младший.- Перед стиркой, она по запаху определяет, где чья одежда.
- Прикидывается! - возразил Джимми. - Можно подумать, все пахнут по- разному.
- Не прикидываюсь! Я, правда, могу!
- Это любая собака может, - усмехнулся Джон.
Эмили не стала вступать в разговор. Конечно, все пахнут по- разному, тут и спорить не о чем. К примеру, ей тоже не составляло труда отличить по запаху полотенце Джона от своего. А ещё, она сразу замечала, если полотенцем пользовался кто-то чужой. А вот креолы - странный народ. Как можно говорить о запахах без всякого стеснения?
- Как бы то ни было, а я предсказала землетрясение, - сказала Маргарет.
«Значит, это точно было оно, землетрясение!» - обрадовалась про себя Эмили. Она всё это время хотела спросить, но стеснялась своего невежества. А теперь Маргарет и сама несколько раз повторила слово «землетрясение».
Если она всё же когда-нибудь вернётся в Англию, при каждом удобном случае будет повторять: «Мне довелось пережить землетрясение.»
И к Эмили вернулась, уже было померкшая радость. Ничто, никакое чудо, божественное или рукотворное, не шло в сравнение с тем, что приключилось с ней. Даже внезапно открывшаяся способность летать не вызвала бы у Эмили большего восхищения. Господь послал самое главное, самое жуткое испытание, а девочка Эмили справилась. Библейские мужи, Корах, Датан и Авирам, в подобных обстоятельствах погибли, а она спаслась.
Только будущее вдруг показалось тусклым, ведь никогда больше не суждено было Эмили пережить событий столь устрашающих и столь же знаменательных.