A High Wind in Jamaica by Richard Hughes

Но для Эмили это было целое событие. Землетрясение ударило ей в голову. Она пустилась в пляс, старательно перепрыгивая с ноги на ногу. Джон тут же подхватил инициативу: кувыркался на мокром песке, снова и снова, пока вдруг не оказался в воде, и у него так кружилась голова, что он не сразу смог понять, где верх, а где низ.

Эмили тут же придумала, чем ей ответить. Она вскарабкалась на пони и скакала по пляжу, громко лая, как собака. Дети Фернандес смотрели на них мрачно, но без осуждения. Джон, прокладывая курс на Кубу, плыл так, будто акулы кусали его за пятки. Эмили загнала своего пони в воду и хлестала его до тех пор, пока он не поплыл, и она, пронзительно лая до хрипоты, последовала за Джоном к рифам.

Они проплыли не меньше ста метров, прежде чем выдохлись. И повернули обратно к берегу. Пыхтя и тяжело дыша, Джон держался за ногу Эмили. Оба немного перестарались и быстро перегорели. Вскоре Джон ахнул:
— Ты что, нельзя ехать верхом без одежды. Подхватишь стригущий лишай.
— Ну, и ладно, — ответила Эмили.
— Вот заразишься, по-другому запоешь.
— Мне все равно!

Казалось, до берега еще далеко. Когда они наконец добрались, другие ребята уже оделись и собирались домой. Вскоре стемнело, и вся их честная компания выдвинулась в обратный путь. Чуть погодя Маргарет сообщила:
— Вот и оно.
Все промолчали.

— Едва проснувшись, я почувствовала запах надвигающегося землетрясения. Эмили, разве я не говорила тебе об этом?
— Ох, уж эти твои запахи! — проворчал Джимми Фернандес. — Постоянно ты что-то чуешь!
— У нее ужасно острый нюх, — гордо заявил младший, Гарри, Джону. – Она по запаху может отсортировать грязную одежду из корзины для стирки: легко скажет, чья она.
— Ничего она не может, — возразил Джимми, — просто притворяется. Будто все пахнут по-разному!
— А вот и могу!
— Собаки, и в самом деле, могут, — вставил Джон.

Эмили промолчала. Разумеется, люди пахнут по-разному: нет смысла спорить. Она, например, всегда могла отличить свое полотенце от полотенца Джона или даже знала, если им пользовался кто-то другой. Но это лишний раз показывало, что за люди эти Креолы, способные так открыто говорить о запахе.

— Как бы то ни было, я же предупреждала, что будет землетрясение, и оно было, — сообщила Маргарет. И именно этого Эмили и ждала! Что ж, это и в самом деле было Землетрясение (ей жутко не хотелось спрашивать и уточнять, дабы не выставить себя невеждой, но теперь Маргарет безоговорочно подтвердила все ее догадки).

Если она когда-нибудь вернется в Англию, она сможет сказать открыто: «Я пережила землетрясение».

И вместе с этой уверенностью возродился ее душевный восторг. Ибо уже ничто, ни одно приключение из рук Человека или Господа, не сравнится с этим. Даже если бы она вдруг обнаружила, что умеет летать, сие открытие не стало бы для нее настолько чудесным. Небеса разыграли свою последнюю, самую ужасную карту, и маленькая Эмили выжила там, где даже взрослые мужчины (такие как Корах, Датан и Авирам) погибли.

Жизнь внезапно показалась пустой: никогда больше с ней не могло случиться ничего столь опасного, столь грандиозного.