В отличие от остальных Эмили не могла устоять на месте. Землетрясение было таким поразительным, что от возбуждения она начала скакать. Джон последовал примеру. Он кувыркался через голову на мокром песке, пока не оказался в воде, и так закружился, что едва отличал верх от низа.

Вдруг Эмили поняла, чего ей хочется. Она вскарабкалась на пони и понеслась по пляжу, гавкая как собака. Юные Фернандесы смотрели с благоговением. Джон поплыл в сторону Кубы, да так быстро, будто акулы того и гляди подравняют ему ногти на ногах. Эмили последовала за братом: по-прежнему хрипло тявкая, она направила пони в море и пришпоривала лошадку, пока та не поплыла.

Они преодолели, по меньшей мере, сотню ярдов, но выбились из сил и повернули к берегу. Тяжело дыша, Джон ухватился за ногу Эмили, оба устали, эмоции немного улеглись.

– Зря ты села на лошадь голая, хочешь подцепить стригущий лишай? – сказал Джон, с трудом переводя дух.

– Да меня не волнует, – ответила Эмили.

– Вот когда заболеешь, начнешь волноваться, – сказал Джон.

– Не волнует! – гнула свое Эмили.

До берега было далеко. Когда они, наконец, оказались на суше, все остальные уже оделись, готовые отправиться в обратный путь… Вскоре, в темноте, компания ехала к дому.

– Вот значит как, – сказала Маргарет немного погодя.

Ей никто не ответил.

– Я еще утром поняла – землетрясением пахнет. Эмили, помнишь, я тебе говорила?

– Опять ты со своими запахами! – воскликнул Джимми Фернандес. – Вечно все обнюхиваешь!

– У нее очень хороший нюх, – сказал самый младший Гарри, он обращался к Джону, не скрывая гордости. – Она когда стирает, может по запаху отличить, чья одежда.

– Да ничего она не может, – сказал Джимми, – ерунда это все, что у каждого свой запах.

– Но я могу!

– Собаки точно могут, – сказал Джон.

Эмили промолчала. Конечно, люди пахнут по-разному. Тут и спорить не о чем. Она, к примеру, всегда отличала свое полотенце от Джонова и чуяла, если ее полотенцем вытерся кто-то другой. Все-таки удивительные люди эти креолы, обсуждают Запах во всеуслышание.

– По крайней мере, я предупреждала, что будет землетрясение, и вот оно, пожалуйста, – сказала Маргарет.

Значит правда! Это и в самом деле было Землетрясение! (Эмили не хотела спрашивать, боялась показаться невеждой, но болтушка Маргарет только что сама все подтвердила).

Теперь, если Эмили когда-нибудь вернется в Англию, то сможет сказать: «Я пережила Землетрясение».

Ее вновь охватил пьянящий восторг. До сих пор с ней ничего подобного не случалось, никаких рискованных событий, ни по воле Божьей, ни от руки человеческой. Скажи сейчас кто-нибудь: ты можешь летать, – она бы особо не удивилась. Небеса разыграли свою последнюю и самую страшную карту, и крошка Эмили выжила там, где даже взрослые мужчины (такие как Корей, Дафан и Авирон*) погибли.

Внезапно она почувствовала разочарование: вряд ли в жизни произойдет еще что-нибудь столь же опасное и величественное.
_______________
*Корей, Дафан, и Авирон – персонажи библейской истории, которые восстали против Моисея, и, в качестве кары Господней, «земля разверзлась у них под ногами и они сошли живые в преисподнюю» («Числа», глава 16).