Все это Эмили наскучило. Закружились в голове, разбередили фантазию, мысли про землетрясение. И сама Эмили закружилась в танце, старательно перескакивая с ножки на ножку. Та же бацилла перекинулась на Джона. Он вдруг пошел колесом по мокрому песку, вверх тормашками, по дуге и еще..., пока сам не заметил, как очутился в воде и голова кругом - не разобрать, где верх, где низ.

А Эмили осенило, чего же на самом деле ей хочется. Она вскочила на пони и пустилась вскачь по пляжу, то в одну сторону, то в другую. На полном скаку она еще пыталась лаять по собачьи. Дети Фернандесов стояли серьезные, но смотрели на нее во все глаза, видимо, им тоже так хотелось. А Джон уже взял курс на Кубу, колотя руками и ногами по воде, как будто акулы щекотали ему пятки. Эмили загнала лошадку в море и подгоняя, шлепая ладошками по спине, пустила вплавь; уже охрипшая от непрерывного лая, она погналась за Джоном в сторону рифа.

Верную сотню метров отмахали, не меньше, пока не выбились из сил. И только тогда повернули к берегу. Джон пыхтел, отдувался и обратно плыл, держась за ногу Эмили; оба, конечно, перестарались немного и теперь возбуждение спадало.

- Ты зря голышом скачешь, лишай можно подцепить. - немного погодя выдохнул Джон.
- Ну и пусть, что с того, - сказала Эмили.
- Вот подхватишь и узнаешь "что", - настаивал Джон.
- Ну и пусть! - вскричала Эмили.

До берега плыть, оказалось, дольше. Когда они выходили на пляж, другие ребята успели одеться, только их ждали. И скоро вся ватага в потемках возвращалась домой.

- Ну так что? - спросила Маргарет через минуту.
Никто не ответил.
- Я как только встала утром, сразу почуяла, что будет землетрясение. Разве не было такого, Эмили?
- Да ну тебя и твое чутье, - произнес Джимми Фернандес, - Вечно ты все вынюхиваешь.
- Она ужасно хороший нюхач,- с гордостью заявил Джону Гарри, самый младший из Фернандесов. - Когда у нас белье стирают, она по запаху может сказать, где чье.
- Да не может она, - встрял Джимми, - все время путает. Можно подумать люди по-разному пахнут.
- Нет, могу!
- Уж кто точно может - это собаки, - заключил Джон.

Эмили ехала молча. Конечно, люди пахнут по разному: с этим не поспоришь. Она, например, всегда отличит полотенце Джона от своего и узнает вытирался ли им кто-нибудь другой. Но, вот так, запросто болтать о духе, исходящем от человека! - ясно, что за люди эти креолы.

- Нет, ну все таки, я сказала, что будет землетрясение и оно случилось, - не унималась Маргарет. Во-от что Эмили хотела услышать. Значит, и вправду..., Землетрясение (спросить не смела, чтобы не показаться невеждой, а Маргарет сейчас ясно сказала, что это оно и было).

Когда-нибудь Эмили вернется в Англию и сможет говорить всем: "Я видела землетрясение".

И вместе с уверенностью, что именно так все и будет, воскресло в ее душе, затихшее было волнение. Ибо нет на свете испытаний, ни рукотворных, ни посылаемых нам Господом, которые могут сравниться с землетрясением. Если бы Эмили вдруг открыла в себе способность летать, сейчас бы чудо такого открытия померкло рядом с тем, что случилось. Волей Божьей вершится сей суровый суд и Проведение хранило маленькую Эмили от кары, которая настигла уже многих взрослых, начиная с Корея, Дафана, и Авирона*.

Теперь, грядущая жизнь представлялась Эмили довольно пресной: ибо не предвиделось в ней больше ничего столь же грандиозного, столь же опасного.


* - Корей, Дафан, Авирон - библейские персонажи, погибшие в землетрясении, которое наслал на них Бог за бунт против Моисея. (Википедия).