Ураган над Ямайкой, Ричард Хьюз


Но для Эмили это было чересчур. Землетрясение вскружило ей голову. Она начала танцевать, старательно перескакивая с ноги на ногу. Джон тоже подхватил ее танцы. Он кувыркался по кругу, по мокрому песку снова и снова, пока не понял, что оказался в воде, закружившись настолько, что не мог даже отличить верх от низа.


Эмили знала, что ей хотелось сделать. Она вскарабкалась на пони и начала скакать на нем по пляжу, пытаясь лаять, как собака. Дети Фернандеса смотрели серьезно, но не осуждающе. Джон, прокладывая курс на Кубу, плыл так, как будто акулы хотели откусить ему пальцы ног. Эмили скакала на своем пони в море и била его, пока он хрипя не поплыл и не последовал за Джоном к рифу.


Должно быть, прошла целая сотня ярдов, прежде чем они выдохлись. Затем они повернули обратно к берегу, Джон держался за ногу Эмили, тяжело дыша, оба слегка переборщили, их эмоции улетучились. Вскоре Джон вскрикнул:


«Нельзя кататься с голой кожей, иначе вы заразитесь лишаем».


«Меня это не волнует», - сказала Эмили.


«Будет, если это случится», - сказал Джон.


«Меня не волнует!» - закричала Эмили.


Казалось, что до берега далеко. Когда они подошли к нему, остальные стали одеваться и готовиться к выходу. Вскоре вся толпа в темноте возвращалась домой. Тогда Маргарет сказала:


"Так вот оно что."


Никто не ответил.


«Я почувствовала запах приближающегося землетрясения, когда встала. Разве я не говорила тебе об этом, Эмили?


«Ты и твой запах!» - сказал Джимми Фернандес. «Ты всегда что-то чуешь!»


«Она ужасно хорошо разбирается в запахах», - гордо сказал младший, Гарри, Джону. «Она может по запаху определить кому принадлежит грязная одежда в куче для белья».


«На самом деле нет, не может, - сказал Джимми, - она просто притворяется. Как будто все пахнут по-разному! »


"Могу!"


«Во всяком случае, собаки точно могут», - сказал Джон.


Эмили ничего не сказала. Конечно, от людей пахло по-разному: это не нужно было доказывать. Она всегда могла отличить свое полотенце от полотенца Джона, например, или даже знала, пользовался ли им кто-то из других. Но это просто показало какими людьми были креолы, чтобы так открыто говорить о запахе.


«Ну, во всяком случае, я сказала, что будет землетрясение, и оно было, - сказала Маргарет. Вот чего ждала Эмили! Значит, это действительно было землетрясение (она не любила спрашивать, это казалось таким невежественным, но теперь Маргарет так много сказала, чтобы понять, что это было оно).


Если бы теперь она однажды вернулась в Англию, то могла бы сказать всем: «Я была в эпицентре землетрясения».


Вместе с уверенностью стало пробуждаться и ее душевное волнение. Так как не было ничего, равного этому. Даже если бы она внезапно обнаружила, что может летать, это не показалось бы ей более удивительным. Небеса разыграли свою последнюю, самую ужасную карту; и маленькая Эмили выжила там, где даже взрослые мужчины (такие как Корей, Дафан и Авирам) погибли.


Жизнь внезапно показалась немного бессмысленной: никогда больше с ней не могло случиться чего-то столь опасного, столь возвышенного.