Но для Эмили это было чересчур. Землетрясение её крайне взбудоражило. Она пустилась в пляс, неловко перескакивая с ноги на ногу. Безумие перекинулось на Джона. Он сделал стойку на руках и пошёл колесом по влажному песку, пока не очутился в воде, неспособный отличить верх от низа – до того кружилась голова.

Тогда Эмили поняла, чего ей хочется. Она вскарабкалась на пони и пустила его галопом по пляжу, пытаясь лаять по-собачьи. Дети Фернандесов наблюдали с серьёзным видом, но без тени неодобрения. Джон, казалось, решил вплавь добраться до Кубы и грёб так быстро, будто акулы кусали его за пятки. Эмили направила пони в море и хлестала его до тех пор, пока тот не поплыл. Она двигалась вслед за Джоном в сторону рифа, гавкая до хрипоты.

Метров через сто они выдохлись. Пришлось повернуть к берегу. Джон держался за ногу Эмили, пыхтя и отплёвываясь. Оба слегка переусердствовали, эмоции схлынули. Чуть погодя Джон выпалил, хватая воздух ртом:

– Зря ты ездишь без седла. Подхватишь стригущий лишай.

– Плевать мне на лишай, – ответила Эмили.

– Вот подхватишь, будет не плевать, – не унимался Джон.

– Мне плевать, – протянула Эмили нараспев.

Путь до берега показался очень длинным. Когда они вышли из воды, остальные уже оделись и собрались. Вскоре вся компания брела домой в темноте. Маргарет сказала:

– Так всё и вышло.

Никто не ответил.

– Когда я проснулась, то нюхом почуяла, что приближается землетрясение. Помнишь, Эмили, я так и сказала?

– Ох уж этот твой нюх! – не сдержался Джимми Фернандес. – Вечно ты что-то чуешь.

– У неё жутко чувствительный нос, – с гордостью объявил Джону младший, Гарри. – Она может достать вещи из стирки и по запаху определить, где чьи.

– Ничего она не может, – запротестовал Джимми, – только притворяется. Как будто разные люди пахнут по-разному!

– А вот и могу!

– Собаки точно могут, – добавил Джон.

Эмили промолчала. Разумеется, люди пахнут по-разному, тут и спорить не о чем. Она, к примеру, всегда отличит полотенце Джона от своего и даже узнает, если кто-то им просто вытрется. Однако, что за люди эти креолы! Вот так открыто обсуждать запахи.

– Как бы там ни было, я говорила, что произойдет землетрясение, и оно произошло, – сказала Маргарет.

Эмили только того и ждала! Значит, всё-таки землетрясение (не хотелось спрашивать, чтобы не показаться невеждой, но теперь Маргарет прямым текстом подтвердила её догадку).

Если она когда-нибудь вернётся в Англию, то сможет говорить: «Я пережила землетрясение».

От обретённой уверенности её подмоченный энтузиазм стал снова набирать силу. Не было ни на небе, ни на земле приключения, равного этому. Даже внезапно обнаруженная способность летать не показалась бы ей более чудесным открытием. Небеса разыграли свою последнюю, самую ужасную карту, и она, маленькая Эмили, выжила там, где погибали взрослые мужчины (те же Корей, Дафан и Авирон).

Внезапно жизнь слегка опустела: ничего опаснее и величественнее с ней уже не произойдет.