Сильный ветер на Ямайке

Сильный ветер на Ямайке, Ричард Хьюз



Для Эмили это было чересчур. Землетрясение вскружило ей голову. Она начала танцевать, старательно перескакивая с ноги на ногу. Джон подхватил. Он кувыркался по мокрому песку, снова и снова по кругу, и, прежде чем осознал это, оказался в воде. Он так сильно вертелся, что едва мог отличить верх от низа.

И тут Эмили вскарабкалась на пони и заскакала на нем по пляжу, пытаясь лаять как собака. Дети Фернандеса удивленно наблюдали за ней, но в глазах их не было осуждения. Стремясь попасть на Кубу, Джон плыл так резво, будто акулы грызли ногти на его ногах. Эмили направила своего пони в море и била его снова и снова, пока тот не поплыл. Она тут же отправилась за Джоном к рифу, хрипло гавкая.

Должно быть, они преодолели не менее сотни метров, прежде чем выдохлись. Затем они повернули к берегу. Джон держался за ногу Эмили: он пыхтел и задыхался. Они оба слегка переборщили, но эмоции улеглись. Вскоре Джон ахнул:

- Не стоит тебе кататься голой, ты заразишься стригущим лишаем.

- Мне все равно, - сказала Эмили.

- Это пока ты не заразилась, - возразил Джон.

- Мне все равно! – Эмили рассердилась.

Оказалось, что до берега далеко. Когда они подошли к нему, остальные уже оделись и приготовились к выходу. И вскоре вся группа в темноте возвращалась домой. Через некоторое время Маргарет обреченно сказала:

- Ну вот и все.

Никто не ответил.

- Я носом почуял запах приближающегося землетрясения, когда встал. Разве я не говорил об этом, Эмили?

- Ты и эти твои запахи! - ухмыльнулся Джимми Фернандес. - Ты всегда что-то нюхаешь!

- Она ужасно прекрасно разбирается в запахах, - гордо сказал малыш Гарри Джону. - Она может сортировать одежду для стирки и по вони грязного белья определить, кому оно принадлежит.

- Да ничего она не может, - проскрипел Джимми. - Она притворяется. Будто бы все пахнут по-разному!

- Я могу!

- Во всяком случае, собаки точно могут, - уточнил Джон.

Эмили ничего не ответила. Конечно, от людей пахло по-разному: это факт. Она всегда могла отличить свое полотенце от полотенца Джона, например, или даже знала, пользовался ли им кто-то из чужих. Просто этот случай показал, что за люди были Креолы, с этим их беззастенчивым обсуждением запахов.

- Ну, как ни крути, а я сказала, что будет землетрясение, и оно было, - усмехнулась Маргарет.
Этого и ждала Эмили. Значит, землетрясение действительно было (она не любила спрашивать - это казалось ей невежественным, но благодаря речи Маргарет все догадки подтвердились).

Если бы она когда-нибудь вернулась в Англию, теперь она могла бы сказать людям:
- Я пережила землетрясение.

Это понимание снова сильно взволновало Эмили. Ибо не было ничего, что мог бы придумать Бог или Человек, равное произошедшему по силе воздействия. Поймите, что если бы она внезапно обнаружила, что может летать, это уже не показалось бы ей каким-то чудом. Небеса разыграли свою последнюю, самую ужасную карту; и маленькая Эмили выжила там, где погибали даже взрослые (Корей, Дафан и Авирам).

Жизнь внезапно показалась ей пресной: никогда больше с ней уже не могло случиться чего-то столь же опасного и возвышенного...