Ричард Хьюз «Ураган над Ямайкой»


Эмили это повергло в шок. Землетрясение вывело ее из равновесия. Она шла, с трудом перебирая ногами, словно в каком-нибудь танце. С Джоном тоже творилось что-то странное. Точно небесное тело, вращающееся по эллиптической орбите, он кружился вверх ногами на мокром песке, пока не очутился в воде, где в том же положении пытался нащупать дно.


Эмили знала, что делать. Она взобралась на пони и поскакала вдоль пляжа, издавая звуки, похожие на лай собаки. Дети Фернандесов с волнением, но без осуждения наблюдали за ней. Джона стремительно уносило в сторону Кубы, словно за ним гналась стая акул. Прямиком на пони Эмили ринулась в море, все время подгоняя животное. Когда стало достаточно глубоко, она слезла с лошади и, хрипло ворча, последовала за Джоном к рифу.


Проплыв метров сто, они повернули обратно к берегу. Джон, еле дыша, держался за ногу Эмили. Оба были измотаны, сил не хватало. Спустя немного времени Джон с трудом выговорил:


«Не стоит ездить без седла. Еще лишай подхватишь».


«Мне все равно», – сказала Эмили.


«А должно быть наоборот», – сказал Джон.


«Я же сказала. Мне все равно!» – повторила Эмили.


Казалось, до берега еще так далеко. Когда они, наконец, добрались, другие уже оделись и ждали. Спустя время все дружно в потемках шли домой. По пути Маргарет вдруг сказала:


«Все-таки я была права».


Все молчали.


«Сегодня утром я почувствовала запах землетрясения. Разве я тебе не говорила, Эмили?»


«Опять ты со своими запахами! – сказал Джимми Фернандес. – Всегда что-то чуешь!»


«Она до неприличия хорошо разбирается в запахах, – с гордостью сказал Джону самый младший из них, Гари. – Может по запаху грязного белья определить, кому принадлежат вещи».


«Да ничего она не может, – сказал Джимми, – просто навыдумывала себе. Будто и впрямь у каждого свой запах!»


«Я чувствую их!»


«Так только собаки могут», – сказал Джон.


Эмили ничего не сказала. Конечно, она знала, что все люди пахнут по-разному. Тут уж не поспоришь. Она всегда могла сказать, где ее полотенце, а где полотенце Джона и даже знала, если им пользовался кто-то другой. Но больше всего, ее поражали эти креолы, которые так яро это обсуждали.


«Что угодно говори. Но факт есть факт. Я сказала, что будет землетрясение, и оно произошло», – сказала Маргарет. Этого Эмили и ждала! Все-таки это было землетрясение (она не любила задавать вопросы, ей казалось это неприличным, но теперь слова Маргарет подтвердили ее догадки).


Если ей удаться вернуться в Англию, она смело скажет людям: «Я пережила землетрясение».


Эта мысль будоражила ей сердце. Ни одно бедствие, посланное Богом или случившееся по вине человека, не могло сравниться с этим. Даже умение летать казалось ей заурядным. Небеса решили устроить свою последнюю беспощадную игру, но маленькая Эмили выжила в отличие от Корея с Дафаном и Авироном.


На секунду жизнь показалась бессмысленной: никогда больше с ней не случиться ничего столь опасного и грандиозного.