A High Wind in Jamaica

A High Wind in Jamaica by Richard Hughes


Эмили случившееся потрясло намного сильнее. Из-за этого треклятого землетрясения она буквально повредилась рассудком – пустилась в пляс, старательно пританцовывая и кружась. Ее безумие оказалось заразительным и вскорости Джона постигла та же участь. Он покатился по песку, перекувыркиваясь через голову раз за разом по широкой дуге, пока, сам не заметив, не добрался до воды в состоянии головокружения настолько сильного, что уже почти не помнил где верх, где низ.

Эмили сразу же стало ясно, как теперь быть. Взобравшись верхом на пони, она галопом гоняла его туда-сюда вдоль берега, сама тем временем подражая собачьему лаю. Дети Фернандесов таращились на нее во все глаза, безо всякого, впрочем, видимого осуждения. Джон же держал курс на Кубу и плыл во весь опор, словно стая акул вгрызалась ему в пятки. Эмили загнала пони в воду и хлестала его, надсаживаясь от крика, пока бедняга не поплыл к рифу вслед за Джоном.

Оба проплыли, должно быть, не меньше сотни ярдов, прежде чем в изнеможении повернуть к берегу. Джон при этом цеплялся за ногу сестры, сопя и отплевываясь, и оба они чувствовали себя пришибленными и опустошенными.

– Нельзя ездить без седла – лишай подцепишь, – вдруг выдохнул Джон.

– А мне плевать, – выпалила Эмили.

– Как подцепишь, по-другому запоешь, – возразил Джон.

– Плевать! – повторила Эмили с вызовом.

Путь до берега оказался неблизкий. К тому времени, как они вышли из воды, остальные успели одеться и уже собирались уходить. Скоро вся компания двинулась в обратный путь. И тут Маргарет сказала:

– А я предупреждала.

Ей никто не ответил.

– Я нутром почуяла, как только проснулась, что будет землетрясение. Я ведь так и говорила, а, Эмили?

– Вечно ты чуешь всякую гадость! – огрызнулся Джимми Фернандес.

– Она все-все чует, – гордо сказал Джону Гарри, самый младший из детей. – Даже грязное белье может сразу по кучам разложить, кому что принадлежит, по одному запаху.

– Врет она все, – сказал Джимми. – Просто притворяется. Пахнут-то все одинаково!

– Не вру!

– Ну, собаки вот умеют людей по запаху различать, – сказал Джон.

Эмили смолчала. Конечно она знала, что все пахнут по-разному, тут и говорить было не о чем. Она вот, например, ни за что бы не спутала запах собственного полотенца с полотенцами Джона и всегда могла учуять если кто-нибудь из остальных ими вытирался. Впрочем, это было очень по-креольски: вот так, без стеснения, рассуждать о запахах.

– Неважно, – отмахнулась Маргарет. – В общем, я сказала, что случится землетрясение, и оно случилось.

«Так вот, оказывается, что это было! – подумала Эмили. – Землетрясение!»

Она все стеснялась спросить, не хотела выглядеть невеждой, но Маргарет так понятно объяснила.

Теперь, если она когда-нибудь доберется назад, в Англию, то сможет говорить «Я побывала на землетрясении».

При одной мысли об этом все ее схлынувшее было возбуждение накатило вновь. Потому как не было и быть не могло другого такого невероятного приключения, которое по воле человека или случая могло бы с нею произойти. Узнай она в этот момент, что втайне всю жизнь умела летать, и то восхитилась бы меньше. Небеса обрушили на малютку Эмили свою наивысшую, самую чудовищную кару, но она выжила там, где даже взрослые мужчины (Кора, Дейтан и Абирам) не сдюжили.

Жизнь внезапно утратила в ее глазах часть своей остроты: что еще могло с ней теперь случиться настолько же захватывающего и прекрасного?