Ураган над Ямайкой
Ураган над Ямайкой. Ричард Хьюз

Но для Эмили это было уже слишком. Землетрясение словно ударило ей в голову. Она начала пританцовывать, старательно перепрыгивая с ноги на ногу. Джону передалось её настроение. Он сделал кувырок, затем ещё и ещё, выписывая дугу на влажном песке и продвигаясь всё дальше вперёд, пока неожиданно для самого себя не оказался в воде. Голова у него кружилась так сильно, что он с трудом мог разобрать, где верх, где низ.
В этот момент Эмили поняла, что ей хочется сделать. Она вскарабкалась на пони и принялась скакать на нём по пляжу, пытаясь лаять по-собачьи. Дети Фернандесов внимательно наблюдали за происходящим – серьёзно, но не без одобрения. Джон, прокладывая курс до Кубы, плыл так, будто акулы кусали его за пятки. Эмили направила своего пони в море, подгоняя его снова и снова, пока он не поплыл: и вот она уже плывёт за Джоном к рифу, тявкая охрипшим голосом.
Они проплыли, должно быть, порядка сотни ярдов, пока не выбились из сил. Затем они повернули к берегу; Джон плыл, держась за ногу Эмили, хватая ртом воздух и тяжело дыша. Их эмоции улеглись – оба чувствовали, что немного переусердствовали. Вскоре Джон сказал, почти задыхаясь:
– Не стоит тебе ездить верхом без одежды – подцепишь лишай.
– Мне всё равно, даже если и так, – сказала Эмили.
– Тебе бы не было всё равно, если бы это случилось, – возразил Джон.
– Мне всё равно! – повторила Эмили нараспев.
Дорога до берега показалась им довольно долгой. Когда они, наконец, доплыли, остальные уже оделись и собирались уходить. Вскоре вся компания возвращалась домой в наступившей темноте. Спустя некоторое время Маргарет сказала:
– Ну вот и всё.
Все промолчали.
– Я как только проснулась утром, сразу почувствовала, что в воздухе пахнет землетрясением. Я так и сказала – помнишь, Эмили?
– Ох уж этот твой нюх! – сказал Джимми Фернандес. - Вечно ты чуешь какие-то запахи!
– У нее нюх, как у собаки, – с гордостью сказал Джону самый младший, Гарри. – Она даже грязную одежду для стирки умеет сортировать по запаху и определять, где чья.
– На самом деле она этого не умеет, – сказал Джимми. – Просто делает вид. Можно подумать, люди различаются по запаху!
– Я умею!
– Вообще-то, собаки так умеют, – сказал Джон.
Эмили промолчала. Конечно же, все люди пахли по-разному: глупо было об этом спорить. Например, она всегда могла отличить полотенце Джона от своего, и даже понять, пользовался ли им кто-то еще. Но этот спор лишь показывал, что за люди были эти Креолы – так открыто говорить о Запахе!
– Как бы там ни было, я сказала, что будет землетрясение, и оно произошло, – сказала Маргарет. Именно этих слов Эмили и ждала! Значит, это и в самом деле было Землетрясение (раньше она не хотела спрашивать, чтобы не показаться глупой, но сейчас Маргарет совершенно ясно сказала, что это и было оно самое).
И если ей когда-нибудь доведётся вернуться в Англию, она с чистой совестью сможет говорить всем: «Я пережила Землетрясение».
И благодаря этой уверенности ее скисшее было настроение сново начало улучшаться. Поскольку ничто на свете, ни одно испытание, посланное Богом или Человеком, не могло бы с этим сравниться. Даже если бы она вдруг обнаружила, что умеет летать, это не показалось бы ей более чудесным. Небеса разыграли свою последнюю, самую ужасную карту; и малышка Эмили выжила, в то время как даже взрослые мужчины (как, например Корей, Дафан и Авирон*) в подобных обстоятельствах погибали.
Жизнь вдруг показалась ей немного пустой: никогда больше с ней не случится ничего столь же опасного и грандиозного.














_________________
* Корей, Дафан и Авирон — персонажи Пятикнижия; мятежники, возглавившие восстание против Моисея и Аарона во время странствования евреев по пустыне. В наказание, восставшие вместе со всем имуществом и семьями были поглощены разверзшейся землей и низвергнуты в преисподню, а их сообщники – истреблены огнем. – (прим. перев.)