Джон Хьюз. Сильный ветер на Ямайке

Но для Эмили это было слишком. Землетрясение полностью овладело ею. Она начала танцевать, аккуратно перепрыгивая с одной ноги на другую. Эмили заразила Джона. Он снова и снова кувыркался по влажному песку, пока не понял, что оказался в воде, у него так кружилась голова, что он не мог понять, в каком находится положении.
В этот момент Эмили поняла, чего она хотела. Она вскарабкалась на пони и галопом скакала по берегу, пытаясь лаять словно собака. Дети Фернандеса сопровождали действо серьёзными, но не осуждающими взглядами. Джон поплыл в сторону Кубы, да так, будто акулы вот-вот отгрызут его ноги. Эмили завела пони в море и хлестала его до тех пор, пока он не поплыл: она последовала за Джоном к рифу, лая до хрипоты.
Преодолев метров сто, они выдохлись. Они стали возвращаться к берегу, Джон пыхтел, держа Эмили за ногу, они оба были вымотаны, пропало всякое возбуждение. И вот Джон вздохнул:
"Не стоит тебе скакать с голой кожей, а то подхватишь лишай."
"Ну подхвачу, и плевать", – сказала Эмили.
"Подхватила бы, не говорила бы так", – сказал Джон.
"Мне плевать!", – пропела Эмили.
Казалось, до берега ещё далеко. Когда они вернулись, остальные уже были одеты и готовились выдвигаться. Вскоре вся компания двигалась в темноте по пути домой. И тут Маргарет сказала:
"Так вот оно что".
Все промолчали.
"Я учуяла землетрясение, ещё когда проснулась. Я ведь так и сказала, Эмили?"
"Ты и твои запахи!", – сказал Джимми Фернандес. "Ты постоянно что-то чуешь!"
"Она ужасно хорошо чует запахи", – сказал Джону с гордостью самый младший, Гарри. "Она может по запаху различить грязное бельё, понять, кому оно принадлежит".
"На самом деле, не может", – Сказал Джимми, – она притворяется. Будто бы все по-разному пахнут!"
"Могу!"
"Ну, собаки могут," – сказал Джон.
Эмили промолчала. Конечно люди пахнут по-разному, тут и спорить нечего. Например, она всегда могла отличить своё полотенце от полотенца Джона или даже знала, что кто-то другой использовал его. Но это только показывало, каким был народ креолов, так открыто говорить о запахах.
"Ну, в любом случае, я сказала, что будет землетрясение, и ведь оно было," – сказала Маргарет. Вот чего ждала Эмили! Так это действительно было землетрясение (она не хотела спрашивать и показаться невежей, но Маргарет уже столько сказала об этом, что всё было ясно).
"Если бы она когда-нибудь вернулась в Англию, она бы теперь могла говорить людям: "Я была в Землетрясении".
С этой уверенностью её замаринованное возбуждение оживилось. Ибо не было ничего, никаких приключений из рук Бога или человека, которые сравнились бы с этим. Поймите, что, если бы она внезапно узнала, что может летать, это бы не удивило её сильнее. Рай разыграл свою последнюю, самую ужасную карту, и маленькая Эмили выжила, когда даже взрослые люди (такие как Корей, Дафан и Авирон) погибли.
Внезапно жизнь стала пустой, ибо никогда больше с ней не сможет произойти ничего столь опасного, столь величественного.