«Ураган над Ямайкой», Ричард Хьюз

А что до Эмили… Ураган напрочь вскружил ей голову, и девчушка пустилась в пляс, забавно перепрыгивая с ноги на ногу. Следующим заразился Джон. Он без остановки кувыркался по влажному песку, и, не успев понять, что произошло, оказался в воде, и голова его так кружилась, что невозможно было разобрать, где небо, а где земля.

Внезапно, посреди всего этого хаоса Эмили точно поняла, чего хотела. Она вскарабкалась на пони и галопом пустилась по острову, издавая звуки, напоминающие собачий лай. Дети семейства Фернандез провожали её мрачными, однако лишенными неодобрения взглядами. Джон, взяв курс на Кубу, плыл так, словно его преследовала стая акул. Эмили загнала своего скакуна в море и стегала его до тех пор, пока бедное животное не поплыло, после чего она с хриплым лаем последовала за Джоном к рифам.

Дети преодолели не менее ста ярдов, прежде чем выбились из сил. Наконец они повернули к берегу, и Джон уцепился за ногу Эмили, хватая ртом воздух. От переполнявших их эмоций не осталось и следа. Наконец Джон выдохнул:

– Зря ты без седла на лошади, ещё подхватишь лишай.

– Ну и пусть, мне всё равно, – ответила Эмили.

– Вот заразишься, тогда и поговорим, – усмехнулся Джон.

– Мне всё равно, мне всё равно! – пропела девчушка.

Казалось, дорога до берега заняла целую вечность. Когда они наконец доплыли, остальные уже оделись и были готовы двинуться в путь. Стемнело, и вскоре вся компания отравились домой. Наконец, Маргарет подала голос:

– Я же говорила!

Никто не проронил ни слова.

– Я почувствовала запах приближающегося урагана, как только проснулась. Разве я не говорила, Эмили?

– Ты и твои запахи! – воскликнул Джимми Фернандез. – Вечно ты что-то вынюхиваешь!

– Она всё, что хочешь, унюхает, – с гордостью сказал самый младший в семье, Гарри. – Она умеет по запаху определить, кому принадлежат грязные вещи в стирке!

– Да не умеет она, это всё выдумки, – стоял на своём Джимми. – Как будто у каждого свой запах!

– Нет, умею!

– Вот собаки могут различать предметы по запаху, да, – сказал Джон.

Эмили ничего не ответила. Конечно люди пахли по-разному, тут и обсуждать нечего. Она всегда могла по запаху отличить своё полотенце от полотенца Джона, и даже могла сказать, пользовался ли им кто-то ещё. Но то, насколько спокойно и открыто креолы рассуждали о Запахе, многое говорило о них самих.

– Да я же вам говорила, что будет землетрясение, и вот оно! – воскликнула Маргарет. Эмили так ждала его! Да, действительно это было Землетрясение (она не любила спрашивать, вопросы в её глазах кричали о вопиющей неграмотности. К счастью, Маргарет не переставала твердить о Землетрясении, что укрепило её веру). Если бы она когда-нибудь вернулась в Англию, она могла бы гордо заявлять: «Я пережила Землетрясение».

С этой уверенностью её начавший было угасать восторг разгорелся с новой силой, потому что не существовало приключения, посланного Богом или людьми, способного сравниться с происходящим. Она вдруг поняла, что даже если бы сейчас обнаружилось, что она умеет летать, это открытие не казалось бы настолько же чудесным. Рай разыграл свою самую страшную карту, и крошка Эмили выжила там, где даже взрослые мужчины (такие, как Корей, Дафан и Авирон) сдались.

Внезапно жизнь показалась ей пустой, потому что ничего больше не могло произойти с ней столь же опасного, столь же грандиозного.