Змея снов.

Ребенок хныкал. Внезапно он прервал этот измученный звук, будто его предупреждали о том, что Змея подобного поведения не терпит. Но на самом деле, её огорчало то, что люди лишают себя такого простого способа избавления от страха. Сожалея о том, что она приводит взрослых в ужас и не желая тратить время на переубеждения, Змея повернулась ко взрослым спиной.
— Все в порядке, — сказала Змея мальчику, — Травень нежен, мягок и если я прикажу ему тебя охранять, сама смерть не сможет подобраться к твоей постели. — Травень переполз в её узкую, грязную руку и она протянула её ребёнку. – Осторожно.
Мальчик протянул руку и коснулся глянцевой чешуи кончиком пальца. Змея ощутила, с каким усилием далось мальчику это простое движение, но ребёнок почти улыбнулся.
— Как тебя зовут?
Мальчик бросил вопросительный взгляд на родителей. Сперва они замешкались, но вскоре утвердительно кивнули.
— Стевин, - прошептал ребёнок. Сил у него едва хватило на разговор.
— Меня зовут Змея, Стевин. Поутру, мне придется причинить тебе боль. Ты едва её ощутишь, затем несколько дней тело будет болеть, но после этого тебе станет лучше.
Взгляд мальчика наполнился страхом. Змея видела, что мальчик напуган предстоящими испытаниями, но ему не стало бы легче, услышь он что-то иное. С каждым днем болезнь прогрессировала, боль становилась все сильнее, но окружающие лишь пытались убедить Стевина в том, что все в порядке и надеялись на то, что он скоро выздоровеет или в худшем случае болезнь убьёт его, но быстро и без мучений.
Змея положила Травня на подушку к мальчику и подвинула к себе свою сумку. Родители мальчика все ещё были напуганы, но причин и времени обнаружить другие чувства у них не было. Женщина была средних лет, вероятно она не смогла бы уже иметь детей. По беспокойным глазам этих людей, их чуткому отношению и неравнодушию, Змее было понятно, что мальчика очень сильно любят. Кроме обращения за помощью к Змее, в этой стране у них не было иного выхода.
Из сумки неспешно выполз Песчаник. Его голова и язык двигались из стороны в сторону, он будто вынюхивал и искал источник тепла, исходящего от человеческого тела.
— Кажется это…— произнес низким голосом старший родитель. Его голос звучал вполне уверенно, но был в нем и испуг. Песчаник почуял этот страх. Он принял боевую позицию и издал едва слышный звук своей погремушкой на хвосте. Змея ударила рукой по полу, чтобы отвлечь Песчаника, затем протянула к нему руку. Гремучник1) успокоился и, круг за кругом, обвил руку Змеи темно-коричневым браслетом.
— Нет, — сказала Змея, — Ваш сын слишком слаб, Песчаник не в силах ему помочь. Понимаю, как Вам сейчас тяжело, но попытайтесь успокоиться. Это страшит Вас, но только так я смогу помочь мальчику.
Она раздразнила Дымку, чтобы та выползла из сумки. Змея стукнула по сумке и дважды ткнула Дымку. Змея, почувствовав вибрации, скользящей чешуи и тут же в шатре появилась белая кобра-альбинос. Двигалась она очень быстро, тело было необычайно длинное. Кобра встала на дыбы, начала покачиваться вперёд-назад. Дыхание превратилось в шипение. Её голова поднялась на метр от пола, капюшон раздулся. Взрослые за её спиной еле дышали, будто взгляд желто-коричневых глаз, вышитых на капюшоне Дымки заворожил своим ужасом. Не отреагировав на испуг родителей, Змея обратилась к кобре, переводя на себя её внимание.
— Ляг, свирепое создание. Пора заработать себе ужин. Поговори с этим ребенком, прикоснись к нему, его зовут Стевин.
Дымка неспешно опустила капюшон и позволила Змее дотронуться до себя. Змея крепко схватила её за голову и держала так, чтобы той было видно Стевина. В серебристых глазах кобры сверкнули отблески синей лампы.
Стевин, — сказала Змея, — Дымка хочет с тобой познакомиться. Она лишь дотронется до тебя, но очень нежно, обещаю.
Мальчик дрожал, когда Дымка коснулась его исхудавшей груди. Змея всё еще держала голову кобры, но позволила подвинуть её тело ближе к Стевину. Дымка была в четыре раза больше Стевина. Она начала кругами извиваться на его вздутом животе, затем вытянулась, пытаясь вырваться из рук Змеи и добраться до лица мальчика. Немигающий взгляд Дымки встретился с напуганным, взором Стевина. Змея позволила подвинуться кобре ещё ближе. Она резко высунула свой язык и лизнула Мальчика.
Младший родитель издал прерывистый крик, полный ужаса. Услышав его, Стевин вздрогнул, отчего Дымка отпрянула, обнажив свои ядовитые клыки, и шумно втянула воздух. Змея уселась на пятки и выдохнула. Порой, во время сеансов Змеи, родные могли оставаться с ней в одном помещении.
— Вам надо уйти, — произнесла она спокойно, —Вы можете напугать Дымку, а это очень опасно.
— Но мы не будем…
— Мне жаль, но вы должны подождать снаружи.
Возможно, самый молодой светловолосый родитель или мама Стевина и хотели возразить и требовать внятных ответов на свои вопросы, но беловолосый мужчина взял их за руки и вывел из шатра .