Vonda McIntyre, "Dreamsnake"


Мальчик захныкал, но тут же затих. Ему наверняка сказали, что Змею тоже оскорбляет плач. Она подумала, что его соплеменники зря не позволяют себе плакать – это отличный способ притупить страх. Змея отвернулась от взрослых. Жаль, что они её так боятся, но сейчас у неё не было времени завоёвывать их доверие.


- Всё хорошо, - сказала она мальчику. - Стебель гладкий, сухой и мягкий на ощупь, и даже смерть не сможет добраться до твоей постели, если он будет охранять тебя.


Стебель скользнул в её узкую перепачканную ладонь, и она протянула змею ребёнку: "Тихонько". Мальчик аккуратно потрогал блестящие чешуйки. Змея видела, как тяжело ему далось даже такое простое движение, и всё же он почти улыбнулся.


- Как тебя зовут?


Мальчик взглянул на родителей. Не сразу, но они кивнули.


- Ставин, - прошептал он. На то, чтобы говорить, ему не хватало ни сил, ни воздуха.


- Ставин, меня зовут Змея. Совсем скоро, утром, мне нужно будет сделать тебе больно. Боль будет краткой, и потом твоё тело будет болеть ещё несколько дней, но потом тебе станет легче.


Он серьёзно посмотрел на неё. Змея видела: он понял, что она может сделать, и боялся этого, но всё же ему было не так страшно, как если бы она солгала. Должно быть, его боль росла вместе с болезнью, но все вокруг только ободряли его и надеялись, что болезнь либо пройдёт сама собой, либо принесёт ему быструю смерть.


Змея положила Стебля на подушку и придвинула к себе чемоданчик. Взрослые до сих пор не испытывали к ней ничего, кроме страха; у них не было причин доверять ей, да и знали они её совсем недавно. Судя по возрасту женщины, у них вряд ли будут ещё дети, если, конечно, они не вступят в новое партнёрство. А этого ребёнка они очень любили - это было видно по тому, как они смотрели на него, как касались его украдкой и как беспокоились за него. Иначе и быть не могло, если они решились обратиться к Змее.


Из чемоданчика показался Песок. Он полз медленно, неспешно, непрерывно двигая головой и языком, пробуя воздух, ощущая тепло людей.


- Неужели это?.. - у старшего мужчины был низкий, мудрый голос, но сейчас в нём звучал ужас, и Песок уловил его страх. Он вскинулся, готовясь атаковать, и негромко затрещал. Змея провела рукой по полу, чтобы отвлечь его, а затем потянулась к нему. Гремучник расслабился и заполз к ней на запястье, обвивая его снова и снова, словно чёрно-рыжими браслетами.


- Нет, - сказала Змея. - Ваш сын слишком слаб. Песок ему не поможет. Знаю, вам сложно, но всё же я прошу вас не волноваться. Вы боитесь подобных вещей, но это всё, что я могу.


Змее пришлось растормошить Мглу, чтобы выманить её. Она постучала по чемодану и, в конце концов, даже ткнула её пару раз. Наконец послышался шелест чешуек, и кобра-альбинос бросилась в шатёр. Она двигалась быстро, и всё же казалось, что ей нет конца. Кобра изогнулась, подняла голову и зашипела. Она возвышалась над полом больше чем на метр. Её капюшон распахнулся. Люди позади неё ахнули, как будто бы взгляд тёмно-коричневых "очков" на капюшоне кобры причинил им физическую боль. Змея проигнорировала их и обратилась напрямую к величественной кобре, переводя её внимание на себя.


- Тише, свирепое создание. Пришла пора тебе заслужить свой хлеб. Говори с сим чадом и коснись его. Имя его Ставин.


Не сразу, но Мгла расслабилась, сложила капюшон и позволила Змее коснуться себя. Она крепко схватила кобру позади головы и навела её на Ставина. В свете лампы серебристые глаза кобры отливали голубым.


- Ставин, - обратилась к нему Змея. - Сейчас Мгла всего лишь познакомится с тобой. Обещаю, что на этот раз она будет прикасаться к тебе мягко.


И всё же Ставин задрожал, когда Мгла коснулась его худой груди. Змея крепко держала голову кобры, пока та скользила по телу мальчика. Кобра была в четыре раза больше него. Она оборачивала его раздутый живот тугими белыми кольцами, вытягивалась, тянулась к лицу мальчика, противясь рукам Змеи. Испуганный взгляд Ставина встретился с немигающим взором кобры. Змея подпустила её чуть ближе.


Мгла высунула язык, готовясь коснуться ребёнка.


Один из родителей – тот, что помоложе – испуганно вскрикнул. Ставин вздрогнул, и Мгла отдёрнула голову, обнажила клыки и зашипела. Змея тоже отодвинулась и медленно выдохнула. Иногда, в других краях, она позволяла родным присутствовать при её работе.


- Вам придётся выйти, - сказала она мягко. - Мглу опасно пугать.


- Я не буду...


- Простите. Вам придётся подождать снаружи.


Молодой светловолосый родитель (или даже сама мать Ставина) наверняка бы нашёлся, что возразить, или начал задавать вопросы, на которые она могла бы ответить, но седовласый мужчина взял их за руки, развернул и увёл прочь.