Ребенок, захныкав, простонал. Звук боли был им прерван, возможно, ему сказали, что Снейк тоже обидел бы плач. Ей же было всего лишь жаль, что его народ отказывает себе в таком простом способе унять боль. Она отвернулась от взрослых, сожалея, что они в ужасе перед ней, но не желая тратить время необходимое, чтобы убедить их довериться ей. «Все в порядке,» - сказала она маленькому мальчику. «Грасс гладкий, сухой и мягкий, и, если я оставлю его для твоей охраны, сама смерть не доберется до твоей кровати.» Грасс перетек в ее узкую грязную руку, и она протянула его ребенку. «Тихонько.» Он вытянул руку и дотронулся до обтекаемой чешуи кончиком пальца. Снейк ощутила, с каким усилием был сделан даже такой простой жест, тем не менее мальчик почти улыбнулся.
- Как тебя звать?
Он быстро взглянул на родителей, и они, в конце концов, кивнули.
- Стэвин,- прошептал он. У него не хватило ни дыхания, ни сил говорить.
- Меня зовут Снейк, Стэвин, и вскоре, утром, я должна буду сделать тебе больно. Возможно, ты почувствуешь мимолетную боль, а тело будет болеть несколько дней, но после тебе станет лучше.
Он строго взглянул на нее. Снейк увидела, что, хотя он и понял, что она могла с ним сделать, и боялся этого, он был не так испуган, как если бы она солгала ему. Боль, должно быть, значительно возросла по мере того, как болезнь давала о себе знать, но казалось, что другие только обнадеживали его и надеялись, что болезнь уйдет или же убъёт его быстро.
Снейк положила Грасса на подушку мальчика и придвинула свой ящичек поближе. Взрослые всё ещё могли лишь бояться её, у них не было ни времени, ни причины, чтобы найти хоть какое-то доверие. Женщина в этом союзе была довольно старой, так что у них вряд ли мог бы быть ещё один ребенок, если бы только они не вступили в связь ещё раз. И по их глазам, по их касаниям украдкой, их озабоченности Снейк могла сказать, что они любят этого очень сильно. Иначе и быть не могло, если уж они обратились к ней в этой стране.
Сэнд лениво выполз из ящичка, двигая головой, двигая языком, нюхая, пробуя на вкус, улавливая тепло тел.
- Это и есть...? - Голос старшего в этом союзе был низким и мудрым, но с нотками ужаса, и Сэнд почувствовал страх. Он отпрянул и принял нападающее положение и издал легкий звук своим погремком. Снейк взмахнула рукой параллельно полу, чтобы колебания отвлекли его, затем подняла ладонь и вытянула руку. Гремучая змея успокоилась и обвила свое тело вокруг запястья Снейк, образовав чёрные и бронзовые браслеты.
- Нет, - сказала она. - Ваш ребенок слишком болен и Сэнд ему не поможет. Я знаю, это трудно, но постарайтесь сохранять спокойствие. Вас это пугает, но это всё, что я могу сделать.
Ей пришлось раздразнить Мист, чтобы она вышла. Она постучала по сумке и затем ткнула её дважды. Снейк чувствовала колебания скользящих чешуек, и внезапно кобра-альбинос стремительным движением выбросилась из сумки в палатку. Она быстро двигалась, и тем не менее казалось, что ей нет конца. Она вскидывалась то назад, то вверх. Дыхание её вылетало со свистом. Её голова поднималась намного больше метра над полом. Она раздувала свой широкий капюшон. Позади двое взрослых затаили дыхание, как будто над ними было совершено физическое насилие одним видом рисунка бронзовых очков на капюшоне Мист. Снейк не обратила внимания на людей, а заговорила с большой коброй, сосредотачивая её внимание своими словами.
- Разъярённое создание, улягся. Пришло время заработать свою трапезу. Поговори с этим ребёнком и дотронься до него. Его зовут Стэвин.
Медленно Мист расслабила капюшон и позволила Снейк коснуться себя. Снейк крепко схватила её позади головы и удерживала её так, чтобы она смотрела на Стэвина. В серебристых глазах кобры появился голубой отсвет от лампы.
- Стэвин, - сказала Снейк.-Мист только познакомится с тобой сейчас. Я обещаю, что в этот раз она коснется тебя слегка.
И всё-таки Стэвин задрожал, когда Мист коснулась его худой груди. Снейк не отпустила голову змеи, но позволила её телу скользить вдоль тела мальчика. Кобра была в четыре раза длиннее роста Стэвина. Она обвивалась вокруг его распухшего живота абсолютно белыми кольцами, вытягиваясь, направляя свою голову к лицу мальчика, напрягаясь вдоль рук Снейк. Глаза Мист без век повстречались с испуганным взглядом Стэвина.Снейк подпустила её чуть ближе.
Язык Мист на мгновение высунулся, чтобы попробовать ребёнка.
Мужчина помоложе издал маленький отрывистый испуганный звук. Стэвин вздрогнул от него, и Мист отпрянула, открыв пасть, обнажив ядовитые зубы, явно проталкивая воздух через глотку. Снейк присела на пятки, выпустив воздух. Иногда в других местах родственники могли оставаться, пока она работала.
- Вы должны уйти, - сказала она мягко. - Пугать Мист опасно.
- Я не буду...
- Мне жаль. Вы должны подождать снаружи.
Возможно, светловолосый, самый младший в союзе, возможно, даже мама Стэвина выдвинули бы несостоятельные возражения и задали бы вопросы, на которые легко можно было ответить, но седовласый мужчина развернул их, взял за руки и увёл.