Мальчик всхлипнул, но сдержал слезы; наверное, боялся, что Змея осудит его. Ей же было искренне жаль людей, отрицавших такой простой способ облегчить боль. Змея отвернулась от взрослых – их страх огорчал ее, но она не могла и дальше тратить драгоценное время.

- Ничего не бойся, - сказала она мальчику. – Мятлик мил и безобиден, но пока он охраняет тебя, сама Смерть не посмеет приблизиться.

Мятлик нырнул в ее запачканную ладонь, и она показала его ребенку.

- Будь добр к нему.

Мальчик протянул руку и одним пальцем дотронулся до гладких чешуек. Даже такое простое движение тяжело далось его ослабшему телу; и все же ребенок почти улыбнулся.

- Как тебя зовут?

Мальчик перевел взгляд на родителей. Наконец, те кивнули.

- Стэвин, - прошептал он. Ему едва хватало сил говорить.

- Меня зовут Змея; завтра утром я займусь твоей болезнью. Пару секунд будет очень больно, твое тело будет ныть еще несколько дней, но потом ты пойдешь на поправку.

Стэвин посмотрел на нее с недетской серьезностью. Он понимал, что она собирается сделать и был напуган, но вряд ли бы ему хотелось услышать очередную белую ложь. Недуг глубоко пустил корни и, должно быть, в последнее дни боль была особенно мучительна. Однако взрослые продолжали подбадривать Стэвина, пытаясь убедить его – но больше себя – в том, что совсем скоро он поправится. В глубине души и они понимали: все, на что они могли надеяться для своего ребенка – это быстрая смерть.

Девушка оставила Мятлика на подушке и подтянула к себе сумку. Взрослые все еще боялись ее; у них было слишком мало времени и причин, чтобы узнать Змею получше. Если только к семье не присоединится еще одна женщина, вряд ли они смогут снова завести детей – мать мальчика была уже немолода – и по потускневшим глазам родителей, по их омраченным тревогой лицам, по тому, как они едва заметно касались друг друга, успокаивая, было заметно, как дорог был для них Стэвин. Эта семья не могла не обратиться к ней, как бы силен ни был их страх.

Зыбун выскользнул из портфеля и завертел головой, внимательно изучая окружение глазами-бусинками. Его язык быстро задвигался в поисках разливающегося в воздухе тепла тел.

- Это то, что я…

В голосе старшего родителя, низком и ровном, звенел едва уловимый страх, и Зыбун почувствовал его. Он отпрянул, принял боевую стойку и предупреждающе загремел. Привлекая его внимание, Змея провела ладонью по полу, выпрямила руку, и успокоившийся гремучник обвился вокруг ее предплечья бронзовыми и обсидиановыми браслетами.

- Нет. Зыбун не сможет помочь вашему ребенку. Прошу, сохраняйте спокойствие – понимаю, вы не привыкли к тому, что увидите, но это все, что я могу сделать.

Чтобы расшевелить Дымку, пришлось хорошенько подействовать ей на нервы. Змея стучала по портфелю, пока наконец не попала по ней дважды. После второго удара девушка почувствовала движение, и огромная кобра стрелой вырвалась из сумки. Она двигалась быстро, но казалась бесконечной. Ее тело качнулось назад и взмыло к потолку. Ее голова была уже выше, чем в метре над полом. Она громко зашипела и раскрыла свой белый капюшон. За спиной Змеи взрослые хором ахнули, будто вид узора на нем причинял боль – девушка не стала обращать на них внимания.

- Умерь гнев свой, дикое создание, - обратилась она к Дымке. - Время потрудиться, дабы не зря я давала тебе кров и пищу. Поговори с этим ребенком и дотронься до него. Имя ему Стэвин.

Кобра медленно расслабила капюшон. Наконец, Змее удалось взять ее в руки и развернуть к мальчику. Серебристые глаза Дымки наполнились холодным светом лампы.

- Стэвин, это ваша первая встреча. Обещаю, на этот раз Дымка только коснется тебя.

Мальчик все же задрожал, когда чешуя кобры дотронулась до его кожи. Девушка продолжала крепко держать Дымку у головы, но дала полную свободу ее телу. Длиной в четыре роста мальчика, кобра свернулась бледными изгибами на его вздутом животе, затем, выпрямляясь, потянулась к лицу. Змея почувствовала, как она пытается вырваться. Испуганный взгляд Стэвина встретился с немигающими глазами кобры, и девушка позволила ей приблизиться еще немного.

Дымка высунула язык, чтобы лизнуть ребенка.

Молодой мужчина сдавленно охнул. Стэвин вздрогнул, и растревоженная движением кобра отпрянула и зашипела, обнажая острые клыки. Шумно выдохнув, Змея качнулась назад и села на пятки. Обычно она допускала присутствие семей – в других краях.

- Вам нужно уйти. Пугать Дымку опасно.

- Этого больше не…

- Мне жаль, но вы должны подождать снаружи.

Похоже, светловолосый юноша и мать мальчика собирались возразить ей, но прежде чем они успели что-либо сказать, седой мужчина развернул их, взял за руки и вышел с ними из палатки.