Вонда Макинтайр
Змея сновидений


Мальчишка было захныкал, но всё же смог прервать звуки боли. Возможно, ему сказали, что Змея тоже может оскорбится звуками плача в своём. присутствии. Но, Змея чувствовала лишь жалость к тем людям, которые отказывали себе в таком средстве борьбы со страхом как плач. Она отвернулась от взрослых, огорченная их боязнью перед ней, однако, она не желала тратить время на действия, способные убедить этих людей в обратном.


- Всё хорошо, - сказала Змея мальчику, - Трава и гладок, и сух, и мягок, а если ты позволишь ему охранять тебя, то даже сама смерть не сможет до тебя добраться.


Трава перетёк в её узкую, грязную ладонь и она поднесла змея к ребёнку.


- Нежнее, - прошептала Змея.


Мальчишка протянул руку и коснулся гладкой чешуи кончиком пальцев. Змея могла почувствовать насколько тяжело далось ребёнку даже в такое простое движение, но несмотря на это, мальчик улыбнулся.


- Как тебя зовут?


Мальчик бросил короткий взгляд в сторону родителей, и наконец они кивнули.


- Ставин, - прошептал он.


У него не хватало сил, чтобы дышать или говорить.


- А меня зовут – Змея, Ставин. И очень скоро, этим утром, мне придётся сделать тебе больно. Ты можешь почувствовать короткую боль, а твоё тело будет ломить в течении нескольких дней, но потом тебе станет лучше.


Он бросил пристальный и твёрдый взгляд на Змею. Она поняла, хотя ребенок понимал и боялся манипуляций Змеи в отношении его, мальчишку больше страшило то, что она может ему соврать. Должно быть боли сильно усилились, когда его болезнь проявилась сильнее. А другие, казалось, лишь успокаивали его, а сами надеялись, что болезнь либо просто исчезнет или же просто убьет его быстро.


Змея положила Травика на подушку мальчика и подтянула сумку поближе. Взрослые всё ещё боялись её. У них не было ни времени, ни причин выказывать Змее какое-либо доверие. Жена была достаточно стара, чтобы никогда больше не иметь детей. Змея могла сказать по взглядам, нежными касаниям и заботе, которые они показывали, что родители очень любят своего ребёнка. Любят чрезмерно, настолько, что наняли Змею.


Песок, ленно, выскользнул из сумки, двигая головой, высовывая язык. Он принюхивался, прислушивался и определял тепло тел.


- Это то?!


Голос отца был низок и умудрен, но наполнен страхом, и Песок почувствовал этот страх. Встав в атакующую позицию, он затрещал трещоткой. Змея постучала по полу, давая вибрациям отвлечь гремучника, а затем протянула к нему руку. Песок расслабился, а обвился в два витка вокруг её тонкого запястья, черными и желто-коричневыми кольцами, подобно какому-то диковинному браслету.


- Нет, - ответила Змея, - ваш ребенок слишком болен, для того, чтобы Песок мог ему помочь. Я знаю, что вам тяжело, но, я прошу вас оставаться спокойными. Вам страшно, но я делаю всё что в моих силах.


Змее пришлось раздразнить Туман, чтобы та выползла из сумки. Она постучала по сумке, а затем потыкала дважды. Змея почувствовала вибрацию от скользкой змеиной чешуи, и вдруг кобра-альбинос ринулась наружу. Она двигалась быстро, казалось конца нет змеиному телу. Кобра-альбинос встала и закачалась вперёд-назад. Дыхание перешло в шипение. Подняв голову на метр над землей, Туман раскрыла капюшон. Позади неё, взрослые жадно ловили воздух, словно воплощённая ярость уставилась на них из жёлтых глаз на капюшоне кобры-альбиноса. Змея проигнорировал их, и заговорила с большой змеей, стараясь сфокусировать внимание кобры на своих словах.


- Лежать, бешеная тварь. Время отрабатывать свою еду. Поговори с эти ребенком и коснись его. Имя ему – Ставин.


Медленно, Туман втянула свой капюшон и позволила Змее схватить себя. Взяв кобру крепко позади головы и держала так, чтобы та смотрела на Ставина. Серебристые глаза кобры отразили синеватый свет лампы.


- Ставин, - сказала Змея, - Туман только осмотрит тебя. Обещаю, что в этот раз она лишь нежно коснётся тебя.


Однако, Ставин вздрогнул, когда Туман дотронулся до его груди. Змея не отпускала голову кобры, но позволила змее скользить по мальчику, чьё тело было в четыре раза длиннее его. Она изгибалась гладкой белой петлёй на вздутом животе Ставина, проталкивала свою голову к лицу мальчика, вытягиваясь из рук Змеи. Пронзительный взгляд кобры-альбиноса встретился с испуганными глазами мальчишки. Змея позволила ей придвинуться поближе. Туман быстро выпустила свой раздвоенный язык и лизнула мальчика.


На другой стороне палатки, юноша издал короткий, сдавленный и испуганный вскрик. От этого Ставин вздрогнул, а Туман отпрянула, раскрыв пасть и показав клыки. Стало слышно, как её дыхание стало переходить в шипение. Змея неприятно удивилась и глубоко вздохнула. А вот в других местах, родственники могли вести себя подобающе, пока она работала.


- Вы должны уйти, - он сказала им спокойно, - Опасно пугать Туман.


- Я не...


- Простите. Вам следует подождать снаружи.


Возможно светловолосый юноша, а может даже мать Ставина, стали бы кидаться бесполезными возражениями и задавать ненужные вопросы, однако, седоволосый мужчина развернул их, взял за руки и вывел.