Вонда Макинтайр, «Змея сновидений»
Ребенок хныкал, заглушая звучание боли. Возможно, он знал, что слезы могут обидеть Снэйк. Она же почувствовала вину за отказ в столь простом способе облегчить страх. Снэйк отвернулась, Она сожалела, что внушает страх, но и тратить свое время на то, чтобы заслужить доверие, совсем не собиралась.
- «Все в порядке», - обратилась она к мальчику, - «Грасс мягкий и покорный. Если я оставлю его присматривать за тобой, даже смерть не сможет подобраться к твоей кровати». Грасс проскользил по ее грязной тонкой руке, протянутой в сторону ребенка.
-«Будь ласков», - обратилась она к мальчику. Он протянул руку навстречу и дотронулся гладких чешуек пальцем. Снэйк почувствовала невероятное усилие, с которым было совершено столь простое движение. Мальчик слегка улыбнулся.
- «Как тебя зовут?»
Мальчик посмотрел на родителей, одобрительно кивнувших в ответ.
- «Стэвин», прошептал он. Сил на разговоры у него совсем не было.
- «Стэвин, меня зовут Снэйк. Ближе к утру я буду вынуждена заставить тебя испытать боль, острую боль. Твое тело будет чувствовать ее несколько дней, но затем тебе станет лучше».
Взгляд мальчика был хмур и серьезен. В нем отразились одновременно страх и осознание того, что должно произойти. Но, если бы она соврала, было бы хуже. Очевидно, боль становилась все сильнее по мере того, как болезнь прогрессировала. Конечно, мальчика старались успокоить, но окружающие лишь надеялись, что болезнь исчезнет или убьет его так быстро, что не успеет измучить.
Снэйк положила Грасс на подушку мальчика и подвинула ящик ближе. Взрослые, находившиеся рядом, продолжали ее злить, у них не было ни малейшего шанса на доверие.
Женщине в этой паре было достаточно много лет, едва ли она могла родить еще детей, даже если они снова будут вместе. В их глазах, тайных прикосновениях, обеспокоенности, Снэйк видела огромную любовь к мальчику. Они были обязаны прийти к ней в деревню.
Не спеша, из ящика выполз Сэнд, двигая головой и языком, принюхиваясь, пытаясь ощутить тепло тел.
- «Что это?», - послышался голос самого старшего из пары. Голос был низким, в нем чувствовалась рассудительность, а еще страх.
Сэнд чувствовал этот страх. Он отпрянул и, шипя, принял воинственную позу. Снэйк провела рукой вдоль по полу, позволяя вибрациям успокоить его, затем подняла руки и развела ладони. Гремучая змея успокоилась и начала обвивать ее запястье, словно черный браслет.
- «Нет, - сказала она, - ваш ребенок слишком болен, Сэнд не может ему помочь. Я знаю, это тяжело, но, пожалуйста, постарайтесь не шуметь. Вы напуганы, но я делаю все, что могу.
Приходится потревожить Мист и заставить ее появиться. Снэйк постучала по сумке и, в конце концов, дважды встряхнула ее. Она уже чувствовала вибрацию гладких чешуек, как вдруг в палатку ворвалась кобра-альбинос. Змея двигалась быстро, казалось, ей нет конца. Встав на дыбы, кобра зашипела. Ее голова поднялась на метр от пола, как будто готовясь к нападению.
Взрослые, стоявшие позади, ахнули, как если бы особый рисунок на голове Мист их физически атаковал. Снэйк не подала виду. Она обратилась к громадной кобре, пытаясь сфокусировать ее внимание на своих словах.
- «Свирепое существо, ляг. Пришло время отработать ужин. Поговори с этим ребенком и дотронься до него, его имя Стэвин».
Мист постепенно начала успокаиваться и позволила Снэйк прикоснуться к себе. Обхватив голову Мист, Снэйк направила ее на Стэвина так, чтобы змея могла видеть мальчика. В холодном взгляде кобры отразился синий свет лампы.
- «Стэвин, - заговорила Снэйк, - Мист хочет лишь познакомиться. Обещаю, она только слегка дотронется до тебя».
И все же Стэвин вздрогнул, когда Мист прикоснулась к его хрупкой груди. Снэйк продолжала держать голову змеи, но позволила свободной части ее тела проползти вдоль мальчика. Змея была раза в четыре длиннее Стэвина. Она обвила его вздутый живот белыми узлами своего тела, направляя голову в сторону лица и сопротивляясь рукам Снэйк. Мист пристально смотрела на испуганного Стэвина своими лишенными век глазами. Снэйк позволила ей немного приблизиться.
Мист высунула язык, чтобы попробовать ребенка на вкус.
Молодой мужчина издал отрывистый и испуганный звук, что заставило Стэвина вздрогнуть. В этот момент Мист отскочила и, открыв пасть и обнажив клыки, громко зашипела. Снэйк и сама присела, охнув. Иногда, в других условиях, родственники могли присутствовать, пока она работала.
- «Вы должны уйти, - спокойно сказала Снэйк, - опасно пугать Мист».
- «Я не уйду».
- «Мне жаль, но вы должны подождать снаружи».
Возможно, светловолосый более молодой участник пары, вероятно даже мама Стэвина, могла бы заговорить о неоправданности просьбы и задать не имеющий ответа вопрос. Но седовласый мужчина взял ее за руку и заставил отвернуться. Вместе они направились к выходу.