Эйприл открыла глаза. Комната с веревочным балдахином все еще тут. Мама паникует и еле сдерживает порывы поговорить резко, чтобы вразумить дочь. Миниатюрная Драконша выглядит маленькой и напуганной. Вечно она так– сначала запихивает лекарство слишком горячим, а потом приходит из-за этого в ужас.

Но Эйприл всегда пила его почти кипящим, потому что, как и мама, верила в то, что просто теплое не поможет. Горло адски горело, когда она выползла из кровати и побрела в ванную. Затем абсолютно правильный жар резко обдал желудок, и снова стало плохо. Нижняя ванная комната была цвета гнилого авокадо, видно такой оттенок пользовался популярностью годах в шестидесятых прошлого века. Пол и плитка на стенах - в тон ванне и унитазу, и все ужасно потрескалось и обветшало. Но в ближайшие пятьдесят лет Ву не выложили бы и доллара на ремонт.

Эйприл посмотрела в крошечное зеркало шкафчика-аптечки. Дерьмо. Синяки на шее все еще темные, уродливо лиловые, даже не начали желтеть по краям. Сквозь спутанные волосы, она ощущала огромную шишку на голове, которая продолжала болеть. Свежие ранки на ободранных коленях только начали затягиваться. Ноги отказывались сгибаться, когда она усаживалась на унитаз. Да уж, у нее все прямо отлично.

- Ni (1), поговори со мной, - выкрикнула из-за двери Скинни.

Эйприл не ответила и надолго залезла под горячий душ. Любила горячий.

- Hao? Все хорошо? - спросила Драконша взволнованно, когда она вышла.

Эйприл состроила гримасу и покачала головой. Впервые в жизни ей совсем не хотелось говорить. Она была готова слушать, но не разговаривать. Пожала плечами – извини.

Уже пробило час, и ей хотелось знать, что в мире творится. За сегодня еще ни словечка от Майка. И от лейтенанта Ириарте тоже. Эйприл слегка разозлилась. Показала на телефон, а Скинни сделала вид, будто не понимает, что дочь ждет объяснений по поводу звонков. Через некоторое время до той дошло, что сотовый не звонил все утро, потому что мать его отключила. Она проверила смски.

11 вечера. Четверг. «Querida (2), я разговаривал с твоей мамой. Говорит, ты спишь. Люблю тебя. Hasta mañana (3)».
8 утра. Сегодня. «Buenas, corazón (4). Твоя мама говорит, ты все еще спишь. Te quiero (5). Hasta más tarde (6)».
Восемь пятнадцать. «Привет. Это Вуди. Твоя мать говорит, тебе очень плохо. Ириарте меня достает из-за дела Стили. Хочет перемолвиться с тобой словечком по поводу твоей явки в суд в понедельник. Если ты еще жива, позвони. С того света тоже звони. Ха-ха». Это то, что нужно.
Без четверти десять. «Лейтенант Ириарте. Майк говорит, что у тебя не все в порядке. Позвони. Беспокоюсь». Ха-ха. И это то, что надо.
Еще семь в том же духе. Два из них от Майка. В последнем он грозится приехать. Никакой стоящей информации, пока она не добралась до сообщения Кэти.
Одиннадцать семнадцать утра. «Это Кэти. Слушай, долго рассказывать. Похороны в понедельник. Отдел не хочет идти. Возмутительно. Что происходит? Говорят, причина в том, что они не устраивают пышные похороны за городом, кроме тех случаев, когда полицейский погиб на дежурстве. Слишком много людей будет отсутствовать на работе. Это ужасно. Папа заслужил, чтобы его похоронили, как офицера, со всеми почестями по полной программе: и медной надгробной доской, и волынками. Что мне делать?» Похоже, она сильно расстроена.
«Еще кое-что: врачи не выдаст нам заключение о смерти. Билла заморозят. Что за дела? Дурдом какой-то вокруг, и мне совсем не нравится то, что я слышу. Если ты все еще не можешь разговаривать, ради бога, свяжись со мной хоть как-нибудь. Все равно, каким способом. Номер ты знаешь. Здесь много народа. Буду весь день поблизости».
За несколько минут Эйприл накинула вчерашнюю одежду и попыталась проглотить несколько ложек маминой рисовой каши с кусочками фаршированного цыпленка, ветчиной и разваренными в жижу овощами (исключительно темно-зелеными, полезными для горла).
Лицо у Скинни осунулось, когда она увидела, что дочь начала собирать вещи:
-Ты не поела. Куда ты?
Эйприл молчала.
- Ты не можешь уйти. Ты не готова. Уходишь? Ты даже разговаривать не можешь. Вернешься? - Скинни продолжала свой монолог и шла за дочкой к двери.
Эйприл не хотела обещать, что вернется, а то вдруг не получится. И ничего говорить не хотела. Она слегка улыбнулась Скинни. Ты опять чуть не угробила меня, мамуля, было сказано этой улыбкой. Xiexie (7). Спасибо.
1. Ni (кит.) – ты.
2. Querida (исп.) – милая.
3. Hasta mañana (исп.) - спокойной ночи.
4. Buenas, corazón (исп,) – ну и ну, любовь моя.
5. Te quiero (исп.) - люблю тебя.
6. Hasta más tarde (исп.) – до скорого.
7. Xiexie (кит) – спасибо.