Эйприл открыла глаза. Все та же комната с нитяной завесой. Ее встревоженная мать еле сдерживалась, дабы не привести ее в чувство тумаками. Крошечная Дракониха напоминала испуганного ребенка. Верная себе, Худышка всегда заставляла выпить лекарство, не остудив, а потом переживала, что оно было слишком горячим.

Но Эйприл и сама всегда принимала его почти кипящим, потому что верила, как и мать, что лишь теплое не сработает. Горло чертовски драло, когда она выползла из постели и прокралась в ванную. Потом почуствовала, как в желудок ударило жаром, как надо, и ее опять затошнило. Ванная на первом этаже была цвета гнилого авокадо, который, должно быть, пользовался популярностью еще в пятидесятых. Пол и настенная плитка, под стать ванне с туалетом, изрядно потрескались и осыпались от древности. И тем не менее, в последующие пятьдесят лет семейство Ву ни разу не удосужилось потратить ни одного лишнего доллара на обновление.

Эйприл оглядела себя в крошечном зеркале домашней аптечки. Черт! Синяки на шее были все еще гадкого насыщенно-бордового цвета и даже не пожелтели с краев. Сквозь спутанные волосы она нащупала шишку на голове, такую же огромную и болезненную. Ее пульсирующие колени, уже начавшие покрываться коркой, запротестовали, когда она села на унитаз. О да! С ней все было а порядке!

- Ni---- сноска 1 ----, поговори со мной! – Завопила Худышка через дверь.

Не обращая внимания, Эйприл приняла долгий горячий душ. Жар она обожала.

- Hao---- сноска 2 ----? – обеспокоенно спросила Дракониха, когда она вышла.

Эйприл скривилась и помотала головой. Впервые в жизни ей не хотелось произносить ни слова. Она была готова слушать, но не говорить, поэтому пожала плечом. Прости.

Был уже час дня, и она удивилась, куда все подевались. Сегодня еще ни слова от Майка. Ни слова от Ириарте. Она почувствовала легкую досаду. Она указала на телефон, и Худышка сделала вид, что не понимает, что должна как-то объяснить отсутствие звонков. Потребовалось время, чтобы выяснить, что мобильный молчал все утро, потому что мать его выключила. Эйприл проверила сообщения.

23:00. Четверг. «Querida---- сноска 3 ----, поговорил с твоей матерью. Говорит, что ты спишь. Люблю тебя. Hasta mañana---- сноска 4 ----.»

8:00. Сегодня. «Buenas, corazón---- сноска 5----. Твоя мать говорит, что ты все еще спишь. Te quiero. Hasta más tarde---- сноска 6 ----.»

8:15. «Эй, это Вуди. Твоя мать говорит, тебе очень плохо. Ириарте сводит меня с ума с делом Стайлиса. Он хочет обговорить твою явку в суд в понедельник. Если ты еще жива, позвони.. И если нет, все равно позвони. Ха-ха!» Шутник еще тот.

9:45. «Лейтенант Ириарте. Майк говорит, что ты не очень. Отзвонись. Я волнуюсь.» Ха-ха! Шутник номер два.

Еще семь сообщений в том же духе и два от Майка. В последнем он грозился прийти. Ничего стоящего, пока она не дошла до сообщения от Кэти.

11:17. «Это Кейти. Слушай, послание будет длинным. Похороны в понедельник. Департамент не хочет этим заниматься. Это безобразие! Что происходит? Они сказали, что устраивают большие похороны не в городе, только если это смерть при исполнении. Слишком многие в отпуске. Это ужасно. Папа заслуживает всех почестей: комиссара, верхушек, волынку - полный набор. Что мне делать?» Судя по всему, она готова была расплакаться.

«И вот еще что… Cудмедэксперт не отдает нам заключение о смерти. Билла отстраняют. Что происходит? Все, что здесь творится, полное сумасбродство, и мне не по вкусу то, что я слышу. Если ты все еще не можешь говорить, свяжись хоть как-то, ради Бога! Пошли дымовые сигналы. Мне плевать. Номер ты знаешь. Здесь тьма-тьмущая народу. Буду на связи весь день.»

Эйприл потребовалось несколько минут, чтобы накинуть вчерашнюю одежду и попытаться проглотить пару ложек джуна, рисовой каши матери, с гарниром из рубленной «Курицы нищего», ветчины и разваренных овощей (исключительно темно-зеленых, для горла).

У Худышки вытянулось лицо, когда она стала собираться.

- Ты ничего не поела, ni! Куда ты?

Эйприл не ответила.

- Ты не можешь уйти! Ты не доела! Ты уходишь? Ni! Ты же не можешь еще говорить! Ты вернешься? – Худышка произнесла целую тираду, пока шла за Эйприл к двери.

Эйприл не хотела говорить, что вернется позже, на случай, если не сможет. Она вообще ничего не хотела говорить, лишь слегка улыбнулась Худышке. «Ты меня снова чуть не прикончила, Ма», - говорила улыбка. Чмок-чмок. Спасибо.

1 - Ты (кит.)
2 – Хорошо? (кит.)
3 – Любимая (исп.)
4 – До завтра. (исп.)
5 – Привет, душа моя. (исп.)
6 – Люблю тебя. Увидимся позже. (исп.)