«Смертельный дар» Лесли Гласс
Эйприл открыла глаза. Комната с большим количеством нитей все еще была здесь. Запаниковавшая мать еле сдерживала себя, чтобы не разбудить дочь. Крохотный Дракон выглядел маленьким и напуганным. Это было так похоже на Скинни: она всегда заставляла принимать лекарство, когда то было слишком горячим, потом этого же сама и пугалась.

Но Эйприл всегда принимала лекарство практически кипящим, потому что, как и мать, она верила, что просто теплое лекарство не поможет. У нее сильно горело горло, когда она вылезла из кровати и направилась в ванную. Затем последовал горячий удар в желудке, и она снова почувствовала приступ тошноты. Ванная внизу была цвета гнилого авокадо, который, вероятно, был популярен в 1950е годы. Плитка, которой был выложен пол и стены, гармонировала с цветом ванны и туалета, а с годами все покрылось большими трещинами и сколами. Но через пятьдесят с лишком лет семья Узов вряд ли потратит лишний доллар на ремонт.

Эйприл рассмотрела себя в крошечном зеркале аптечки. Черт. Синяки на шее были все еще глубокие и неприятно фиолетовые, и даже не собирались желтеть по краям. Сквозь запутанные волосы она нащупала шишку на голове, та еще была огромной и мягкой. Струпы начинали формироваться на дрожащих коленях, которым вовсе не понравилось, когда Эйприл согнула их, чтобы сесть на туалет. Да, конечно, она была в порядке.

- Ни, поговори со мной, - прокричала Скинни через дверь.

Эйприл не отреагировала, она долго принимала горячий душ. Ей очень нравилось тепло.

- Хао, - беспокойно сказал Дракон, когда она появилась.

Эйприл сделала гримасу и покачала головой. Впервые в жизни ей не хотелось говорить. Она была готова слушать, но не говорить, и пожала плечи, как бы извиняясь.

Уже был час дня, и ей было интересно, куда все делись. От Майка не было ни слова за сегодня, как и от Ириарте. Она была немного раздражена. Эйприл указала на телефон, а Скинни сделала вид, будто бы не поняла, что дочери нужны объяснения по звонкам. Ей потребовалось время, чтобы понять – ее сотовый не звонил все утро, потому что мать его отключила. Эйприл стала проверять сообщения.
23.00. Четверг. «Любимая, я говорил с твоей мамой. Она сказала, что ты спишь. Люблю тебя. До завтра».

08.00. Сегодня. «Доброе утро, сердце мое. Твоя мать говорит, что ты еще спишь. Люблю тебя. До встречи».

08.15. «Привет, это Вуди. Твоя мать говорит, что ты очень больна. Ириарте сводит меня с ума из-за ситуации со Стайлис. Он хочет поговорить о твоем выступлении в суде в понедельник. Если ты еще жива, позвони мне. И если не жива, тоже. Ха-ха». Вот выдумщик.

09.45. «Лейтенант Ириарте. Майк говорит, что ты неважно себя чувствуешь. Позвони, я переживаю». Еще один выдумщик.

Было еще семь сообщений в таком духе, два из которых от Майка. В последнем он угрожал, что придет. Ничего путного, пока она не добралась до сообщений Кэти.

11.17. «Это Кэти. Предупреждаю тебя, это будет длинное сообщение. Похороны пройдут в понедельник. Департамент не хочет этим заниматься. Это возмутительно. Что-то не так? Они сказали, что не занимаются большими похоронами за пределами города, если только это не случай смерти на службе, из-за того, что на работе людей очень мало. Это ужасно. Отец заслуживает почета, приглашенных комиссара, офицеров, волынки и всего остального, как положено. Что мне делать?» Она говорила так, будто вот-вот заплачет.

«И еще. Судмедэксперт не выдаст нам свидетельство о смерти. Билл сильно тормозит. Что происходит? Здесь творится какое-то безумие, и мне не нравится то, что я слышу. Если ты все еще не можешь говорить, ради Бога, свяжись со мной как-нибудь. Вижу дымовые сигналы. Но мне наплевать. Ты знаешь номер. Сколько народу! Я буду дома весь день».

Эйприл немного повозилась со вчерашней одеждой и попыталась проглотить несколько ложек маминого чука (рисовой похлебки) с гарниром - фаршированная курица, ветчина и сильно переваренные овощи (только темно-зеленые для горла).

Лицо Скинни вытянулось, когда она стала собирать ее вещи. «Ты ничего не съела, ни. Куда ты идешь?»

Эйприл не ответила.

«Ты не можешь уйти. Ты не закончила. Ты уходишь? Ни! Ты еще не можешь говорить. Ты возвращаешься?» Скинни вела одностороннюю беседу, когда следовала за Эйприл к двери.

Эйприл не хотела говорить, что вернется, в случае, если этого не произошло бы. Она не хотела ничего говорить. Она лишь слегка улыбнулась Скинни. «Опять ты меня чуть не убила, мама», - говорила эта улыбка. Xiexie. Спасибо.