Gretchen: A Thriller by Shannon Kirk

Тонкая полоска рассвета. Я просыпаюсь лишь на секунду, чтобы отметить, что мы на одной из парковок недалеко от шоссе, и снова закрываю глаза. Спустя пару часов высыпаюсь уже окончательно и перебираюсь на переднее сидение нашего «Вольво».

Стрелки автомобильных часов показывают десять утра. В это ярко-синее утро начала июня мы покидаем Массачусетс. На границе нас встречает большой зелёный знак со словом BIENVENUE и фразой: «ЖИВИ СВОБОДНЫМ ИЛИ УМРИ» – девизом штата. Нью Хемпшир – наш одиннадцатый штат по счёту.

«Живи свободным или умри». Свободны ли мы? А я – свободна? Сбегать вот так сломя голову всякий раз. Жить в вечном страхе, что скоро всё повторится.

– Добро пожаловать, – подсказывает мама, заметив, что я беззвучно шевелю губами. – «Bienvenue» по-французски – «добро пожаловать».

– И так понятно из контекста, мам, – ухмыляюсь ей уголком рта. Нет, я не пытаюсь быть самодовольной. Просто хочу показать: я с радостью готова согласиться, что всё в порядке, жизнь идёт своим чередом, как обычно – настолько, что мы можем неплохо провести время, поддразнивая друг друга и перекидываясь шуточками. Поворачиваюсь, чтобы проверить Аллена, который нежится в клетке. Перед поездкой я щедро угостила его кошачьей мятой, чтобы утихомирить в машине.

Мама закатывает глаза:

– Как скажешь, задавака!

Она задумчиво улыбается мне, бросая быстрые взгляды на дорогу, пока мы мчимся вперёд по нескончаемому шоссе. Её улыбка и шутливый тон означают, что этим утром она не будет поднимать вопрос о том, что это я виновата в нашем последнем побеге. Я рада, что ссора миновала, и облегчённо расслабляю плечи. Но всё равно должна быть настороже, чтобы случайно не затронуть опасную тему, даже если на самом деле хочу извиниться. Все мои извинения приведут лишь к новой ужасной ссоре. Она сама меня этому научила: кто старое помянет, тому глаз вон!

Обочины утопают в пышной листве всех возможных оттенков – от ярко-салатового до густо-зелёного – здесь есть тонкая берёзовая поросль и высокие сосны, раскидистые дубы и мощные клёны. Мир за пределами «Вольво» до краёв наполнен зеленью, синевой и счастьем.

– Детка, такая жизнь… лишь до тех пор, пока тебе не исполнится восемнадцать. Хорошо? Пока я не буду уверена, что они не заберут тебя снова. Жить в другой стране, далеко от меня... Не дай Бог этому случиться! Семья твоего отца никогда не даст тебе уйти, их женщины бесправны. Даже хуже. Женщины – мусор! Я не могу им позволить…

– Мам, я знаю, знаю. Мы обсуждали это уже миллион раз! – я всё же решаюсь сказать: – Извини, что не надела солнечные очки. Извини, что тот тип меня заметил.

Она упрямо вглядывается в дорогу перед собой, подносит руку к закушенным губам словно в попытке сдержать рвущиеся наружу слова – язвительные или любящие, я не знаю. Её лоб сходится складками, когда она скользит по мне взглядом, проверяя, смотрю я или нет. Я смотрю. Её лицо делается мрачным.

– Люси, мне жаль, что у нас такая жизнь.

Она морщится и вскоре снова уже смотрит на дорогу. Я заметила, с тех пор как несколько месяцев назад начался мой первый цикл, лицо и тело у меня меняются всё сильнее, а мама морщится всё больше. Может быть, я это выдумала, но в последнее время меня не покидает мысль, что мой внешний вид причиняет ей боль, поэтому она все меньше и меньше на меня смотрит. По крайней мере, так мне кажется.

– Мам, правда. Я поняла.

На самом деле поняла. Мой отец – влиятельный человек с налаженными веками связями с королевской семьей в другой стране (мама не скажет, в какой, потому что не хочет, чтоб я искала в интернете и пугалась). Она не говорит его фамилию, потому что фамилия, по её словам, моментально укажет и его страну, и его конкретную национальность. Он из такого места, где, по маминым словам, женщины не имеют никаких законных прав забирать своих детей. Однажды он уже пытался скрыться вместе со мной, но у мамы был план и собственные связи. Мне было два года, когда она выкрала меня обратно, и мы сбежали. С тех пор у нас эта жизнь с новыми именами, каждый раз в новом штате. Мы всегда пользуемся одними и теми же документами и вариациями наших официальных имён, так как у меня должна быть возможность в любое время легально перейти в новую школу. Да и что скрывать, мама говорит, что даже в первый раз достать поддельные документы было очень непросто.