Шеннон Кёрк «Гретхен: Триллер»
Ранний рассвет. Я проснулась на долю секунды, и увидела, что мы остановились где-то у дороги, чтобы отдохнуть. Уснула. Спустя пару часов снова проснулась и пересела на переднее сиденье.
На часах в машине было десять. Раннее июньское утро, на небе ни облачка. Мы пересекаем границу штата Массачусетс и первое, что попадается нам на глаза - огромный зеленый знак «BIENVENUE» (фр. Добро пожаловать) и чуть ниже подписан девиз штата «Живи свободным или умри!», это уже одиннадцатый штат в нашей поездке. Нью-Гэмпшир.
Живи свободным или умри. Мы свободны? А я? Все время бежим куда-то. Вечно беспокоимся о том, что погрязнем в рутине.
«Добро пожаловать», - сказала мама, сняв у меня с языка слово, которое я пыталась произнести. «Bienvenue тоже самое, что и «Добро пожаловать», только на французском».
«Вроде можно догадаться по контексту, мам» - говорю я, едва улыбаясь. Нет, я не самоуверенная. Просто пытаюсь показать то, что с ней согласна и все нормально, что все как обычно и мы все также можем подшучивать над счастливыми временами. Я поворачиваюсь к Аллену, чтобы проверить как он там, в переноске. Аллен был спокоен, объелся кошачей мяты, которую я ему дала, чтобы он не нервничал из-за поездки.
Мама закатила глаза. «Как угодно, всезнайка». Она задумчиво улыбнулась мне и продолжила ехать дальше по этому бесконечному шоссе. Все происходящее означало, что она не собирается затрагивать утреннюю ссору, в которой была виновата я. У меня будто гора с плеч упала, ведь мы не будем ругаться. Но я должна быть осторожна, не могу поднять эту тему, даже ради извинений. Это приведет к скандалу. Урок от мамы: никогда не возвращайся на место преступления.
За пределами коричневого Volvo - мир наполнен всевозможными яркими красками. Начиная от ярко-зеленой травы у обочины и заканчивая голубым и чистым небом.
«Это жизнь, малышка… Пока тебе не исполнилось 18, ладно? Там я уже буду уверена в том, что тебя не заберут. В другую страну. Господи, за что? Твой отец, его семья. Они не отпустят тебя. Для них женщины - мусор, который не имеет никаких прав. Не могу…»
«Мам, знаю. Знаю. Мы миллион раз через это прошли». Я решила воспользоваться шансом: «Прости за то, что не ношу солнцезащитные очки. Прости, что привлекла внимание этого человека».
Мама смотрит вперед на дорогу, и поднеся руку ко рту прикусывает губу, думаю так она сдерживается от каких-нибудь колких или же любящих слов. Не знаю. Она нахмурилась и посмотрела на меня, чтобы проверить, не отвернулась ли я, а я как раз это и сделала. Она была серьезной. «Люси, мне жаль, что все так…», - она вздрагивает и снова смотрит на дорогу. Я заметила, как с тех пор, как мое тело и лицо начали меняться, она вздрагивала все чаще от моего вида. Может, я все это себе придумала, но иногда появляется ощущение, что мой внешний вид отталкивает маму и поэтому она почти не смотрит на меня. Или так только кажется.

«Правда, я понимаю». Я и вправду все понимаю. Мой отец - влиятельный человек, у которого есть связи с королевской властью, поддерживаемые веками, в какой-то другой стране (мама не скажет, что за страна, не хочет, чтобы я гуглила и бесилась). Она не скажет его фамилию, считает, что так я быстро догадаюсь откуда он. Она говорит, он из места, где матери не имеют законного права забирать своих детей. Однажды он уже пытался скрыться со мной, но у мамы был свой план и свои связи. Мне было два года, когда она украла меня и мы сбежали. Теперь у нас другие имена и мы постоянно ездим из страны в страну. Мы всегда используем одни и те же документы и меняем в них наши имена, поскольку мне нужно как-то переводиться в новые школы. Если честно, мама говорит, что первые поддельные документы было довольно сложно получить.