Гретхен. Остросюжетный приключенческий роман Шеннона Кирка

Едва начало светать. Приоткрыв глаза, я увидела, что мы припаркованы возле какой-то заправки, и снова уснула. Через пару часов я уже окончательно проснулась и пересела вперед.
Стрелки на часах «Вольво» показывали 10 утра. Ясное июньское утро сопровождало нас по дороге из Массачусетса в Нью Хемпшир. Это наш уже одиннадцатый штат. На въезде была большая зеленая табличка со словом «Вienvenue» и девизом штата: «Живи свободным или умри».
Живи свободным или умри. А свободны ли мы? Свободна ли я? Когда приходится все время бежать. Когда я раз за разом боюсь, что все повторится снова.
– Добро пожаловать, – сказала мама, когда заметила, что я разглядываю табличку. – «Bienvenue» значит «добро пожаловать» с французского.
– Да и сама догадалась, мам, – ответила я, слегка усмехнувшись.
Я не пыталась выглядеть надменно. Я лишь хотела показать, что все понимаю и готова воспринимать это как норму, как обычную жизнь – настолько обычную, что мы даже можем над этим подшучивать. Я решила проверить, как там поживает Аллен в своей кошачьей переноске. Он спокойно спал под действием кошачьей мяты – я специально накормила его, чтобы не нервничал в машине.
Мама закатила глаза.
– Ой, подумаешь! Какая сообразительная!
Она смотрела на меня с задумчивой улыбкой, поглядывая время от времени на дорогу, в бесконечную даль автомагистрали. Раз она улыбается и подыгрывает моим шуткам, значит не собирается, по крайней мере этим утром, напоминать, что в этот раз мы вынуждены бежать по моей вине. Почувствовав облегчение, что мы сейчас не ссоримся, я расслабила плечи. Но мне нужно вести себя осторожно, чтобы не начать этот разговор, даже если я захочу извиниться. Мои извинения все равно приведут к ссоре. Мама говорит, что нельзя возвращаться на место преступления.
Вокруг все пестрит зеленью самых разных оттенков, от лимонного до травянисто-зеленого: тоненькие березы, высокие сосны, широкие дубы и пышные клены. Мир вокруг этого коричневого «Вольво» такой зеленый, счастливый, ясный и свободный.
– Дорогая, эта жизнь… все это до тех пор, пока тебе не исполнится восемнадцать, понимаешь? Пока я не буду уверена, что они не смогут забрать тебя обратно. Забрать у меня в другую страну. Ни в коем случае. Семья твоего отца никогда бы не позволила тебе уйти. И то, как они относятся к женщинам… у них совсем нет прав. Никаких. Женщины – это мусор. Я просто не могу…
– Мам, я знаю. Я знаю. Мы уже тысячу раз говорили об этом. – Я все-таки решила попробовать. – Извини, что не надела свои солнцезащитные очки. И прости, что связалась с тем мужчиной.
Она пристально смотрела вперед, потом поднесла руку к губам, которые держала крепко сомкнутыми. Видимо, пыталась таким образом сдержать слова – уж не знаю, добрые или злые. Она сморщила лоб и посмотрела на меня, проверяя, посмотрю ли я в ответ. И я посмотрела. Она выглядела серьезно.
– Люси, прости за такую жизнь.
Она сморщилась и снова стала смотреть на дорогу. Я заметила, что с тех пор как у меня началась менструация несколько месяцев назад, и с тех пор как мое лицо и тело начали стремительно меняться, она все чаще стала морщиться. Возможно это мои домыслы, но в последнее время мне кажется, будто ей больно на меня смотреть, поэтому она все реже это делает. Или мне просто показалось.
– Мам, серьезно, я все понимаю.
Я действительно все понимаю. Мой отец – очень влиятельный человек, имеющий многовековые связи с королевской семьей в какой-то стране (Мама никогда не скажет, в какой именно, чтобы я не смогла загуглить и ужаснуться). Она также не назовет его фамилию, потому что эта фамилия, по ее словам, сразу бы выдала его страну и весьма специфическую национальность. Он из той страны, где матери не имеют никаких прав на своих собственных детей. Он однажды уже пытался украсть меня, но у мамы был план и некоторые связи. Когда мне было два года, она забрала меня, и мы сбежали. И теперь эта жизнь с двумя новыми именами и постоянными переездами. Мы всегда используем одни и те же документы с различными вариациями полного имени в них, так как мне нужно постоянно переводиться из одной школы в другую.