Шеннон Кёрк. «Гретхен: триллер»
Рассвет. Я просыпаюсь буквально на секунду и вижу, что мы остановились на стоянке, чтобы отдохнуть. Засыпаю снова. Через пару часов я просыпаюсь, на этот раз уже окончательно, и пересаживаюсь на переднее сиденье.

Стрелка часов Volvo показывает десять утра. Ярко-голубое раннее июньское утро. Мы пересекаем границу на выезде из штата Массачусетс, где нас встречает большой зеленый знак со словом BIENVENUE (фр. Добро пожаловать) и девизом штата: ЖИВИ СВОБОДНЫМ ИЛИ УМРИ. Наш одиннадцатый штат - Нью-Гэмпшир.

Живи свободным или умри. Свободны ли мы? Свободна ли я? Мы вечно бежим куда-то, вечно ждём, когда же наша жизнь заиграет новыми красками.

«Добро пожаловать, - говорит мама, глядя, как я беззвучно читаю надпись.- «Bienvenue» на французском означает «добро пожаловать»».

«Вроде из контекста и так ясно, мам», - говорю я и едва заметно улыбаюсь. Я вовсе не самодовольна. Я пытаюсь показать, что я принимаю и хочу согласиться с тем, что всё нормально и обычно, как и всегда. Настолько, что мы даже можем подшучивать над счастливыми временами. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как там в переноске Аллен, которого я напичкала кошачьей мятой, чтобы он был спокоен во время поездки на машине.

Мама закатывает глаза: «Да какая разница, всезнайка». Она задумчиво улыбается мне, бросает быстрый взгляд вперед и направляется прямо по этому бесконечному шоссе. Раз сейчас она улыбается и поддерживает мой шутливый тон, значит, этим утром она не собирается обвинять меня в последней ссоре. С облегчением я осознала, что в данную минуту мы не ругаемся, и у меня будто гора с плеч упала. Но я должна быть осторожна: мне нельзя поднимать эту тему, даже если хочется извиниться. Мои извинения только снова приведут к ссоре. Как мама учила: никогда не возвращайся на место преступления.

Обочины дороги утопают в зелени всевозможных насыщенных оттенков, от цвета лайма до темно-зелёного: саженцы берёз, высокие сосны, лиственные дубы и массивные клены. Мир за пределами этого коричневого Volvo полон разных красок, он радостный и печальный.

«Детка, эта жизнь... пока тебе не исполнится 18, хорошо? Когда я буду уверена, что они больше не смогут тебя забрать. Ещё один штат позади. Боже, нет. Семья твоего отца, они никогда бы не позволили тебе уйти. И это их отношение к женщинам, будто у них нет прав. Будто они никто. Женщины - мусор. Я не могу...»

«Мам, я знаю. Знаю. Мы это уже миллион раз проходили». Я решила рискнуть: «Извини, что не ношу солнечные очки. Извини, что привлекла внимание того человека».

Она смотрит вперёд, на дорогу, подносит руку к губам, которые втягивает, я полагаю, чтобы сдержать свои собственные слова - едкие или полные любви, не уверена. Ее лоб морщится, когда она снова смотрит на меня, проверяя, не отвернулась ли я. Так и есть, отвернулась. Выражение её лица очень серьёзно. «Люси, мне жаль, что всё так выходит». Она вздрагивает и снова смотрит на дорогу. Я заметила, что с недавнего времени, когда у меня начались месячные и мое тело и лицо менялись все больше и больше, она всё чаще вздрагивает. Иногда, а может, я всё это себе надумала, но в последнее время такое ощущение, что мой вид ранит её, поэтому она смотрит на меня все реже и реже. Или мне только так кажется?

«Мам, серьёзно. Я понимаю». Потому что это правда: я понимаю. Мой отец - влиятельный человек, который относится к королевской семье в какой-то другой стране (мама не скажет, какой именно, потому что она не хочет, чтобы я гуглила и бесилась из-за этого). Она не скажет мне его фамилию, потому что, по её мнению, так я сразу пойму, откуда он и кто по национальности. Он из места, где, по ее словам, матери не имеют законного права забирать своих собственных детей. Однажды он уже пытался сбежать со мной, но у мамы был план и свои связи. Мне было два года, когда она украла меня и мы бежали. И теперь эта жизнь с двумя новыми именами и вечно сменяющимися штатами. Мы всегда используем одни и те же документы и разные официальные имена в этих документах, поскольку мне нужно как-то переводиться с ними в новые школы. Если честно, первые поддельные документы было достаточно сложно получить, как говорит мама.