Грэтхен. Триллер Шэнон Кирк.


Ранний рассвет. Я проснулась на мгновение, только чтоб убедиться, что мы на парковке придорожной стоянки. Потом снова заснула. Через пару часов я проснулась окончательно и перелезла на переднее пассажирское сиденье.


Стрелки на часах нашего вольво показывали 10 утра. Утром июньское небо казалось ярко голубым, мы покидали Массачусетс, и нас приветствовал большой зеленый баннер с надписью «BIENVENUE» и девизом штата- ЖИВИ СВОБОДНЫМ ИЛИ УМРИ. Наш одиннадцатый штат - Нью Гемпшир.


Живи свободным или умри. А мы свободны? А я свободна? Постоянно убегать отовсюду. Все время волноваться, а вдруг это повториться.


«Добро пожаловать», - сказала Ма, заметив, как я шевелю губами. Bienvenue по французски - добро пожаловать.


«Да я и так поняла, Ма», - ответила я и улыбнулась ей одним уголком губ. Я совсем не заучка. Я просто пытаюсь показать, что все всегда понимаю и я готова признать, что все это совершенно нормально и совершенно обычно, до такой степени, что мы можем дружески подкалывать друг друга. Я перегнулась через сиденье, посмотреть, как там поживает Ален в своей кошачьей переноске. Я перекормила его кошачьей мятой и он был до одури счастлив.


Ма закатила глаза, - «Как скажешь, всезнайка». - Она понимающе мне улыбнулась, бросив беглый взгляд вперед, она вела машину прямо по бесконечному шоссе. Ее улыбка и добродушные подколы означали, что сегодня утром она не будет винить меня в нашем последнем побеге. Я с облегчением расслабила плечи, понимая что сейчас ругани не будет. Мне надо быть осторожной, как бы случайно не задеть эту тему, даже если я просто хочу извиниться. Мои извинения приведут только к ссоре. Урок от Ма - никогда не возвращайся на место преступления.


По краям дороги буйствовала зелень, в густых тенях были все ее оттенки - от лимонного до травянисто зеленого, в березках и высоких соснах и густых дубах и толстых кленах. Мир за пределами нашего коричневого вольво был зеленым и счастливым, голубым и умиротворенным.


«Малышка, такая жизнь … она только до тех пор, пока тебе не исполнится 18. Тогда я буду уверена, что они не смогут до тебя добраться. Мы будем в разных странах. О Боже, нет! Семья твоего отца, они не отстанут от тебя, и то как они обращаются с женщинами, у них нет прав так поступать. Ни одного. Женщины для них - это второй сорт. Я не могу…»


«Я знаю, мама, я знаю. Мы это обсуждали уже сто раз, - И я решила воспользоваться случаем, - Извини, что не одела солнечные очки, извини что подошла к тому мужчине».


Она уставилась вперед на дорогу, поднесла руку к губам, закусив их. Я думаю так она пыталась остановить свои слова - колкие или полные любви. Я не уверена. Ее лоб сложился в морщину, когда она опять посмотрела на меня искоса, проверяя что я действительно раскаиваюсь, и так оно и было. Она нацепила свое серьезное выражение лица. «Люси, мне жаль что нам приходится так жить.» Она поморщилась и вскоре снова посмотрела на дорогу. Я заметила, что несколько месяцев назад, с тех пор как у меня начались месячные и с тех пор как мое лицо и тело менялись все больше и больше, ее морщины становились все заметнее и заметнее. Иногда, может это мне только кажется, мое присутствие ранит ее, и она смотрит на меня все реже и реже. Или мне просто кажется.


«Реально, Ма. Я все знаю.» - потому что это правда, я все знаю. Мой отец - влиятельный человек, у его семьи многовековая история и она как-то связана с королевской семьей другой страны. (Ма не скажет с какой, потому что она не хочет чтобы гуглила и потом слетела с катушек из за этого.) Она не скажет его фамилию, потому что его фамилия, по ее словам, сразу укажет на его страну, его очень узнаваемую национальность. Он из такого места, где по ее словам, матери не имеют никаких законных прав на своих детей. Он однажды пыталась сбежать со мной, но у Ма был план, у нее были свои связи. Мне было два года, когда она выкрала меня обратно и мы сбежали. И теперь у нас была эта жизнь, с двумя новыми именами и каждый раз новыми штатами. Мне всегда пользовались одними и теми же документами и придумывали новые имена похожие на те, что в них, так как мне нужно было каждый раз без проблем устраиваться в новую школу и если честно, Ма говорит что и эти поддельные бумаги нам удалось достать с трудом.