Тобиас Вулф
«То ли еще будет»


— Уверен, это какое-то недоразумение, — ответил он. — Сейчас я занят, перезвоню позже, ладно?

Во рту пересохло, слова давались с трудом, а в голосе брата ему слышалось скрытое недовольство.

Положив трубку, он вернул телефон на тумбочку. За открытыми раздвижными дверями над перилами балкона виднелся кусочек бухты. Кровать скрипнула под его весом. Выйдя на воздух, остановился у перил. Хотелось курить, но, женившись, пообещал бросить и продержался до сих пор, несмотря на забытые предыдущим постояльцем полпачки «Житан» в нижнем ящике комода. Лучи уходящего солнца отражались в воде, освещая борта причаленных лодок. На крыше дома через улицу на бельевой веревке висела пара пижамных штанов с индийским узором. Порывистый бриз заставлял штанины отплясывать безумный танец. Час назад вместе с Арден они смеялись над разыгравшимся перед ними выступлением, но теперь он видел в этом недобрый знак.

Пусть даже он прикрылся словом «недоразумение» (легко сорвавшееся с языка, но прозвучавшим как попытка оправдаться), ясно, что никакого недоразумения как раз и не было. Его уже шесть дней как жена оказалась лгуньей и воровкой. Вот так.

Так, так, так.

На лбу пульсировала жила, язык присох к небу. Он сел на один из стоявших рядом шезлонгов и отпил из стакана, который сам поставил на путеводитель. Из-за растаявшего льда вода приобрела металлический привкус, а конденсат намочил обложку брошюры. Смахнув влагу о штаны, он вернулся к изучению с прерванного места, но тут же бросил — буквы расплывались. Опустившись на спинку лежака, закрыл глаза, стараясь привести мысли в порядок, но вдруг словно увидел себя со стороны — лежит тут в расслабленной позе, изображая спокойствие. Зачем? Чтобы доказать самому себе, что ничего не произошло? Осознав всю нелепость, он молча сел, расставив ноги по обе стороны сиденья. С улицы донесся рев проехавшего мимо электроскутера.

До звонка брата он занимался составлением маршрута для завтрашней прогулки в Вернаццу. Ради этого они и приехали сюда, чтобы неспешно путешествовать от одной деревушки до другой. Он с головой погрузился в изучение пляжей и выбор ресторанов. Сегодня утром впервые, как женился, смог заняться любовью, и теперь строил планы на предстоящую неделю без приступов паники.

Проблемы в постели случались и раньше, но он считал, что всему виной предсвадебная суматоха и позже все само придет в норму. Арден нисколько не переживала и относилась ко всему понимающе. Хотя как она могла его понять, если он сам не понимал, почему ничего не выходит? Она пыталась успокоить его, утверждая, что с мужчинами такое бывает, ничего страшного, но только еще больше заставила мужа сомневался в себе. Ее сочувствие казалось естественным, но терпеть это постоянно? С чего она вообще взяла, что у других тоже бывают провалы? Наверное, кто-то рассказал. Да что же это за разговор, чтобы откровенничать на такие темы? А вдруг он сам однажды захочет «поделиться», перебрав на каком-нибудь девичнике или на одном из кулинарных классов, которые посещал с Арден? Сама мысль об этом заставила его почувствовать себя никчемным как мужчину. Арден не сдавалась и пыталась помочь, только со временем он стал замечать, что ее беспокойство сменилось нетерпением, а затем и вовсе скукой.

— Ничего, Бад, — услышан он этой ночью после очередной неудачи. — Лучше поспим.