- Это какое-то недоразумение, – сказал он. – Слушай, я сейчас за рулём, потом перезвоню. Идёт?

Во рту настолько пересохло, что слова давались ему с трудом. И голос брата звенел от напряжения.

Он закрыл телефон и положил его на тумбочку. Через открытую застеклённую дверь было видно живописную бухту. Он резко вскочил на ноги – матрас тут же отозвался скрипом – и вышел на балкон, остановившись у перил. Жутко хотелось курить, но он обещал после свадьбы бросить и держался, хотя в нижнем ящике комода лежала наполовину полная пачка «Житаны», забытая прежним гостем. По воде гуляли бликами лучи заходящего солнца, освещая лодки и оживляя пейзаж вокруг. На крыше через дорогу на бельевой верёвке болтались пижамные штаны весёленькой расцветки, выделывавшие безумные па на порывистом ветру. Всего лишь час назад это зрелище казалось забавным, сейчас же от него веяло тревогой и отчаянием.

Даже говоря слово «недоразумение» - всегда пропитанное фальшью, этакая прелюдия к алиби - он прекрасно понимал, что никакого недоразумения не было и в помине. А это значило, что его новоиспечённая жена – лгунья и воровка.

Ну что ж. Не стоит пороть горячку, надо всё хорошенечко обдумать.

На лбу бешено пульсировала вена, язык не слушался. Он присел на один из шезлонгов и отпил воды из стакана, стоящего на путеводителе. Лед растаял, оставив металлический привкус. От запотевшего стакана намокла обложка путеводителя. Вытерев её о брючину, он открыл страницу, которую читал. И почти тут же захлопнул – буквы плясали и не желали складываться в слова. Он опустил спинку шезлонга и закрыл глаза, надеясь успокоиться. И вдруг увидел себя со стороны, принимающего эту позу и пытающегося расслабиться. Зачем? Чтобы показать, как несильно он потрясён? Картинка выглядела абсурдно. Он угрюмо сел прямо, широко расставив ноги. Тишину улицы пронзил вой мопеда.

Несколько минут назад, ещё до звонка, он планировал завтрашнюю прогулку до Вернаццы. Ведь ради этого они с Арден и приехали сюда: бродить по тихим и скалистым тропам между деревушками. Он уже всю голову сломал, придумывая маршрут, выискивая хорошие пляжи и подбирая интересные рестораны. В это утро, впервые после свадьбы он смог заняться любовью, и теперь предстоящая неделя не внушала страха.

У него бывали такие проблемы с Арден и ранее, но он списывал их на треволнения по поводу свадьбы, считая, что как только они поженятся, всё наладится. Арден относилась к этому спокойно, «с пониманием». Хотя не понимала. Да и как она могла понять, если он не понимал? Конечно, она хотела его приободрить, сказав, что у мужчин такое случается «сплошь и рядом». Только получилось наоборот. Вот откуда ей знать про «сплошь и рядом»? Наверное, что-то из разряда «люди говорят», поспешил он себя успокоить. Хм, и что же это за разговор, который выводит на такие откровения? А ну как и его постельные дела активно обсуждаются под пьяную лавочку где-нибудь в клубе или во время столь любимых Арден кулинарных курсов? Сама мысль об этом – как серпом по … . Арден не оставляла надежды его расшевелить, но за её попытками он начал подозревать не просто беспокойство и нетерпение, а СКУКУ.

- Всё нормально, Бад, - сказала она прошлой ночью, когда супружеский долг так и остался долгом. – Давай поспим.