Всё впереди
Т. Вулф

- Это всё какая-то ошибка, - сказал он. – Я в дороге. Позже перезвоню. Ладно? Во рту было так сухо, что говорил он с трудом, и в голосе брата, когда они прощались, слышалось напряжение.


Он захлопнул телефон и положил его на прикроватный столик. Французские окна были открыты, и над перилами балкона виднелась полоска залива. Матрас скрипнул, когда он вставал. Он вышел и встал у перил. Хотелось закурить, но он обещал, что после свадьбы бросит, и пока держался, несмотря даже на пол пачки Житан[1], забытые предыдущим постояльцем в нижнем ящике комода. Вечернее солнце играло на воде и бортах яхт у пристани. Пижамные штаны на веревке, натянутой поперек дороги, выплясывали какой-то безумный танец под порывами ветра. Меньше часа назад они с Арден посмеялись над зрелищем, а теперь оно казалось ему отчаянно тревожным. «Ошибка» - уже произнося это слово – всегдашнее фальшивое начало оправданий, он знал, что никакой ошибки не было. А значит, шесть дней назад он женился на лгунье и воровке. Ну-ну.


Ну ну ну…


На лбу забилась жилка, во рту пересохло. Он опустился в шезлонг и отпил из стакана, который оставил на путеводителе. Лед растаял, оставив металлический привкус. От запотевшего стакана обложка путеводителя была влажной. Он вытер книжку об штанину и открыл. И тут же закрыл, слова расплывались перед глазами. Он опустил спинку шезлонга, закрыл глаза, надеясь успокоиться, но вместо этого вдруг увидел себя со стороны. Вот он устаивается в удобной позе и принимается расслабляться. Зачем? Для кого? Чтобы самому себе показать, как мало он потрясен? Чувство, что он ведет себя нелепо, заставило его понуро сгорбиться, оседлав шезлонг. Внизу на улице взвыл мопед.


Всего несколько минут назад, до звонка, он планировал завтрашнюю прогулку в Вернацца[2]. Они с Арден за этим и приехали – идти по скалистым тропам вдоль моря от деревни к деревне. Он с головой ушел в путешествие, планировал маршрут, выискивал хорошие пляжи, выбирал подходящие рестораны. Сегодня утром он впервые после свадьбы смог заняться любовью с женой, и начинал думать о предстающей неделе без страха.


Такие неудачи у него с Арден уже пару раз случались, но он думал, это пройдет, когда останутся позади предсвадебные волнения. Арден отнеслась ко всему спокойно, «с пониманием». Но не понимала, конечно. Как она могла что-то понять, когда он сам не мог? Он знал, что она пытается облегчить ему жизнь, но когда она сказала: «Не волнуйся, с мужчинами такое все время случается» - его это не успокоило. Её сочувствие и так опустошало, но «все время». Где она этого набралась? Оставалось только надеяться, что с чужих слов. Но в каком разговоре чужие люди могут так разоткровенничаться? Стал бы он сам делиться таким за коктейлем на вечеринке или на кулинарном мастер-классе, какие проводит Арден? Одна мысль об этом лишала его мужества. Арден не сдалась, но ему начинало казаться, что она ласкает его не заботливо, даже не нетерпеливо, а от скуки.
- Все нормально, парень, -сказала она прошлой ночью, когда все опять сорвалось. – Давай спать.


[1]Культовые французские сигареты
[2]Городок на территории национального парка Италии Чинкве-Терре