Роберт Рэнкин

Антипапа

Невилл остановился в дверях «Парящего лебедя», гадая, что готовит ему новый день, как вдруг его взгляд упал на приближающегося бродягу самой что ни на есть отвратительной наружности. Голодранец в видавших виды башмаках ковылял в направлении бара по Спрайт-стрит, со стороны пристани. Невилл физически ощутил ауру тьмы и дурных предзнаменований, что нес с собой одинокий бродяга.

- Тьфу ты, - сплюнул Невилл. Он почувствовал волну озноба, которая зародилась в теплых шлепанцах с монограммой и поползла выше, цепляясь за волоски на ногах. Два ручейка дрожи встретились у поясницы и слились в могучий поток, который устремился вверх и вырвался из макушки. Несколько смазанных бриолином прядей, презрев закон земного притяжения, поднялись дыбом. Все это заняло секунду, может – две. Невилл испытал внезапное желание осенить себя крестным знамением, и тут же, к своему стыду, испуганно перекрестился.

Он вернулся в бар, решив дождаться одинокого путника внутри. Прошла минута, другая, а тень так и не пала на двери «Парящего лебедя». Невилл поднялся по ступенькам и робко выглянул наружу. Никаких зловещих бродяг на улице не наблюдалось.

Невилл почесал внушительный нос желтым от никотина пальцем и выразительно пожал плечами. «Наваждение какое-то», - пробормотал он про себя.

- Нельзя ли попросить стаканчик воды? – раздался голосок из-под локтя Невилла.

Каким-то чудом бармену удалось подавить требовательный позыв мочевого пузыря. «Господи сохрани», - выдохнул он, бросив ошеломленный взгляд на диковинную физиономию невесть откуда возникшего бродяги.

- Извините, я вас, кажется, напугал? – чуть ли не встревожилось существо. – Имеется у меня такое неприятное свойство... Нет, надо все-таки следить за собой.

Не успел бродяга договорить, как Невилл уже оказался по ту сторону стойки, запер на задвижку откидную доску и трясущимися руками поставил бокал под кран для розлива виски.

- Что вам здесь нужно?

- Стакан воды, с вашего позволения.

- Тут не бесплатный фонтанчик для питья, - отрезал Невилл. – Это, черт возьми, пивная!

- Прошу прощения, - произнес бродяга. – Боюсь, не лучшее у нас выходит начало знакомства. А если я закажу кружечку какого-нибудь пива?

Невилл отработанным движением опрокинул в рот двойной виски и указал на ряд эмалированных пивных колонок с серебристыми кранами.

- Что желаете? – В голосе дневного бармена прозвучала нотка гордости за свое заведение. – У нас выбор из восьми сортов. В «Джек Лейнс» всего четыре, в «Нью Инн» - пять. Думаю, вы согласитесь, что по этой части «Лебедя» превзойти непросто.

Существо, казалось, было восхищено услышанным.

- Неужели восемь? – Оборванец медленно прошел вдоль бара, разглядывая восьмерку часовых в сияющих эмалью мундирах. Он провел указательным пальцем по медному поручню стойки, и, к ужасу Невилла, походя смазал наведенный глянец, оставив взамен дорожку слизи. Остановившись у последней колонки, бродяга вдруг заметил взгляд бармена и его непроизвольно сжимающиеся кулаки.

- Простите, - посетитель отдернул палец и недовольно изучил его. – Ну вот, очередное пятно на моей репутации…

Невилл уже было потянулся за тяжелой дубинкой, но тут в дверном проеме появилось такое дружелюбное, такое привычное лицо Джима Пули. Он немелодично насвистывал какой-то лирический мотив, похлопывая расписанием скачек по правому колену. Джим сноровисто, пусть и без былой лихости, оседлал свой любимый барный стул и жизнерадостно обратился к бармену:

- Кружку «Исполина», Невилл, будь добр! Да, с добрым тебя утречком!

Невилл оторвал взгляд от мерзкого бродяги и наполнил бокал Джима напитком, достойным истинного ценителя.