Пока Невилл стоял у дверей «Летающего лебедя», размышляя над событиями, которые произошли за день, нищий с жутким обликом и жалкой обувью шаркая поплелся к нему со стороны Спрайт-стрит и пристани. Он тут же заметил, что этого одинокого скитальца сопровождали тьма и тревога.


"Тьфу", сказал Невилл. Он почувствовал, как обе его ноги обутые в тапочки с монограммой, начали судорожно трястись в такт друг другу, так что даже волосы на ногах стали подниматься дыбом. Дрожь с обеих ног дошла до самой поясницы, где она прошла по нему с двойной силой, а затем продолжила подниматься вверх, наконец (хотя все это заняло лишь секунду или две) дойдя до самой макушки, где даже волосы плотно уложенные гелем стали топорщиться, нарушая земное притяжение. Внезапно Невилл захотел перекреститься, и сделал это неуклюже и так быстро, что бы его никто не заметил.


Он вернулся в бар, и стал дожидаться появления одинокого странника. Однако прошло время, но никто так и не появился в дверях «Лебедя». Невилл наклонился к двери и осторожно посмотрел на улицу. Не считая мерзких бродяг, улица была пуста.

Невилл почесал свои огромные ноздри, пальцем пропитанным никотином, и напыщенно пожал плечами. «Теперь, появилось еще одно дело», – произнес он самому себе.


«Можно мне стакан воды, пожалуйста?» - сказал голос позади него.


Невилл чуть не обмочил штаны. «Господи, помилуй», - задыхаясь произнес он, в шоке поворачиваясь к насмешливому лицу внезапно появившегося бродяги.


«Извините, я вас напугал? - спросил обеспокоенно этот человек. - Плохая привычка, мне нужно научиться контролировать себя».


К этому времени Невилл вернулся за барную стойку, крышка бара была уже закрыта на задвижку, а он дрожащими руками протирал стаканы и мерники для виски. "Чего ты хочешь?"


«Стакан воды, если можно».


«Это тебе не какая-нибудь забегаловка, - грубо сказал Невилл. -это ПАБ».


«Мои извинения, - сказал бродяга, - думаю, мы не с того начали».

Невилл выпил двойной виски одним махом руки и указал на ряд эмалированных пивных кег, с серебряными кранами. «Что вы желаете? - спросил он, и тут в его голосе прозвучала нотка гордости, -у нас есть восемь видов разливного пива. Таким выбором, не может похвастаться ни «Джек Лейн», у них на четыре меньше, не «Нью-Инн» у них меньше на три. Я думаю у «Лебедя» нет конкурентов в этом отношении».


Бродяга был впечатлён: «Правда восемь?» Он медленно прошел вдоль бара мимо восьми сверкающих кег. Его правый указательный палец проскользил по латунному краю бара и, к ужасу Невилла, он ловко стер полироль, оставив след, похожий на след слизняка.
Остановившись в самом конце, он внезапно почувствовал взгляд Невилла и то, что бармен невольно сжимал и разжимал кулаки.


«Извините, - сказал он, поднимая палец и с отвращением рассматривая его, - снова я все испортил».


Невилл уже собирался взять свою биту, когда в дверях бара появилась приветливая и знакомая фигура Джима Пули. Он немелодично насвистывал и постукивал по правому колену свернутым листом бумаги. Джим не без усилий поставил свой любимый барный стул и радостно обратился к Невиллу: «Невилл, мне пожалуйста, бокал «Ларжа», и да, кстати доброе утро».


Бармен на пол ставки, отвел взгляд от неприглядного бродяги и протянул Джиму Пули бокал чистейшей воды.