Пока Невилл стоял в дверях «Летящего Лебедя» и размышлял о странностях дня, он разглядел омерзительного вида бродягу в стоптанной обуви, который шел по направлению к нему со стороны причала и Спрайт-стрит. Он сразу заметил, что одинокого странника сопровождала атмосфера мрачного предзнаменования.

- Брр, - выдохнул Невилл. И почувствовал, как по обеим ногам вверх, прямо из его тапочек с монограммой, побежали мурашки, и, объединившись на спине в один поток, устремились дальше, и, наконец (хотя все это заняло всего секунду или две), добрались до макушки и исчезли, оставив несколько прядей волос в стиле «Бриолиновый вызов притяжению». Невилл почувствовал внезапную потребность перекреститься и с некоторым смущением положил на себя крест.

Он вернулся в бар, чтобы дождаться одинокого путешественника. Однако прошло время, но ни одна тень не появилась в дверном проеме «Лебедя». Невилл высунулся из двери и осторожно посмотрел на улицу. Никаких зловещих бродяг на улице не было видно.

Невилл почесал свой роскошный нос желтым от никотина пальцем и пожал удивленно плечами. - Вот это да, - сказал он сам себе.

- Можно мне стакан воды, пожалуйста? - произнес голос рядом с ним.

Лишь по счастливой случайности Невилл сдержал свой мочевой пузырь. - Господи, спаси меня, - выдохнул он с потрясенным видом, повернувшись к насмешливому лицу материализовавшегося бродяги.

- Прости, я напугал тебя? - спросил человек с искренним беспокойством. - Это моя плохая привычка, мне стоит ее контролировать.

К этому времени Невилл уже стоял за барной стойкой, верхняя часть которой была закрыта на замок, а его дрожащие руки звенели стаканом о бутылку виски. - Чего ты хочешь?

- Стакан воды, если можно.

- Здесь не городской питьевой фонтан, - хрипло сказал Невилл. - Это пивная.

- Прошу прощения, - сказал бродяга. - Кажется, не самое удачное начало для знакомства. Возможно, я мог бы выпить кружку какого-нибудь пива.

Невилл допил свой виски опытным движением руки и кивнул на целый ряд пивных кранов с керамическими ручками. - Что Вы предпочитаете? - спросил он с чувством гордости. - Мы предлагаем восемь сортов эля. Наш ассортимент превосходит ассортимент «Джека Лейна» на четыре сорта и «Нью Инн» на три. Думаю, в этом отношении «Лебедя» трудно будет превзойти.

Бродяга, казалось, был восхищен этой информацией.

- Правда, восемь?

Он медленно прошел вдоль стойки мимо восьми сверкающих керамических рукояток. Его правый указательный палец скользнул по латунному краю барной стойки и, к ужасу Невилла, метко царапнул полировку, оставив на ней отпечаток, похожий на след слизняка. Остановившись, он вдруг заметил глаза Невилла и то, что тот невольно сжимает и разжимает кулаки.

- Извините, - сказал он, поднимая палец и с отвращением разглядывая его, - я опять подпортил свою репутацию.

Невилл собирался схватить свою дубинку, как в этот момент в дверях бара появилась знакомая фигура Джима Пули, он шел, тихо насвистывая какую-то мелодию, и постукивал газеткой по правому колену. С обыденной легкостью Джим сел на свой любимый барный стул и весело обратился к Невиллу:

- Мне пинту темного, пожалуйста, Невилл, и доброе утро.

Бармен оторвал взгляд от безобразного бродяги и налил Джиму Пули стакан обычной воды.