– Очень нелвное это дело — залить кастаны, - Руперт серьезно покачал головой.

Ему всего четыре, но другого такого мастера по важным словам не сыщешь. Он хорошо выговаривает все буквы. Кроме «р» и «ж-ш». Няня им довольна. В своих важных словах он, бывает, путается немного, слишком уж они длинные для него. Даже у меня таких нет, а мне скоро шесть.

По-моему, он — самый славный в мире мальчик. Я так люблю его! Больше всех на свете. После мамы и папы. И он меня тоже.

У нас с Рупертом - «договорительность» про то, чтобы дружить вечно. Слово он придумал. В тот вечер, когда мы жарили каштаны.

В жизни не делали ничего интереснее! Да еще без взрослых! Точно говорю.

Вообще тот день был ужасный. Самый пресамый ужасный в жизни. Сначала сильно заболела мама. И потом еще праздник, куда нас должны были повести. Сара, наша служанка, никак не понимала, почему все-таки не повели. Но Няня ей строго сказала:
– Не пойдут они! Уж я этого не допущу! Когда в доме такое творится...
И еще она сказала, совсем другим голосом, нестрогим:
– Представь только на минуту — за ними кого-то пошлют, когда хозяйка...
Она не договорила и опять ушла в мамину гардеробную...

Еще было очень не по себе оттого, что о нас будто все забыли. Все были заняты, и мы могли хулиганить как угодно. Но не хотелось. От страха, наверное.

Туда-сюда ходили какие-то два доктора, и с ними еще нянечка (они ее так называли). Но это была не наша Няня.

И даже наша Няня не могла побыть с нами в детской. Она все запиралась у мамы. Поэтому мы путались у всех под ногами.

В конце концов к вечеру нас отправили вниз, в гостиную, потому что про огонь в детской все забыли, и он почти погас. Нам велели никуда не выходить и вести себя хорошо. Неизвестно, правда, сколько бы мы так высидели, если бы не тарелка с каштанами! Ее принесла Сара и показала нам, как их жарить. Няня бы этого ни за что не разрешила! Еще и без взрослых! Сказала бы, что с огнем играем. Но папа, когда заглядывал, не ругал. Наоборот, говорил, что мы молодцы. Повар и Сара тоже заходили. Все нас хвалили, но голоса при этом у них у всех были тихие и чуть-чуть странные.

Так вот и вышло, что нам самим позволили жарить каштаны в гостиной. Скажете, смешно? Ну да, если только не вспоминать про ужасный день.

- Всего два осталось, - заметил Руперт.

Конечно же, мы не съели их все, ведь они, когда щелкали, так и норовили улететь прямо в огонь. А мы и не пытались их оттуда доставать.

Каждый из нас приготовил по штучке для Сары, для Повара, для Няни и для папы. И большущий самый – маме.