Пожарный (Джо Хилл)

Он закончил разговор, опустил телефон и посмотрел на нее.
– Что случилось? Почему ты дома?

– Там был человек за школой, – сказала Харпер, и тут эмоции её захлестнули, слова комком застряли в горле.

Он сел рядом и приобнял её.

– Ну же, все хорошо, – сказал он. – Все хорошо.

Её дыхание понемногу восстановилось, она успокоилась и начала снова.
– Он был на детской площадке, его шатало, как пьяного. А потом он упал и загорелся. Он вспыхнул так, словно был сделан из соломы. Половина детей в школе видели это. Эту площадку можно увидеть практически из каждого класса. Я помогала детям отойти от шока в течение всего дня.

– Ты должна была сказать мне. Ты должна была заставить меня оторваться от телефона.

Она повернулась и положила голову ему на грудь. Он всё еще держал её в руках.

– В одно и то же время вместе со мной в спортзале находились сорок детей, несколько учителей и директор школы. При этом одни плакали, других била нервная дрожь, некоторых даже рвало, а мне казалось, что я делаю всё это разом, одновременно.

– Но ты ведь не делала.

– Нет. Я раздавала сок в пачках. Самое передовое медицинское лечение на сегодняшний момент.

– Ты сделала все что могла, – сказал он. – Кто знает, может быть, сегодня ты помогла многим детям пройти через одно из самых страшных потрясений в их жизни. Ты ведь понимаешь это? Они будут помнить до конца жизни, как ты помогала им. И ты справилась, теперь всё это позади, и сейчас ты здесь со мной.

Некоторое время она молчала и неподвижно сидела в кольце его рук, вдыхая особый запах его одеколона с ароматом сандалового дерева и кофе.

– Когда это случилось? – он отпустил ее, продолжая пристально смотреть на неё глазами цвета миндаля.

– На первом уроке.

– Уже скоро три часа. Ты обедала?

– Неа.

– Голова кружится?

– Ага.

– Давай-ка покормим тебя. Я не знаю, правда, что есть в холодильнике. Но я могу заказать нам что-нибудь, что ты хочешь?

– Может быть, только немного воды, – сказала она.

– Как насчет вина?

– Даже лучше.

Он подошел к маленькому кулеру на шесть бутылок вина. Сначала он посмотрел на одну бутылку, потом на другую, словно определяя, какое вино можно соотнести со смертельной инфекцией?
– Я думал, что такое возможно только в странах, где настолько сильное загрязнение, что ты не можешь дышать воздухом, а реки превратились в сточные канавы. Китай. Россия. Бывшая коммунистическая республика Туркестан.

– Рейчел Мэддоу сказала, что уже почти сто случаев в Детройте. Она говорила об этом прошлой ночью.

– Я вот что имею в виду. Я думал, что это было только в таких загрязнённых местах как Чернобыль или Детройт, откуда никто не пытается уехать,– пробка с шумом выскочила. – Я не понимаю, почему никто из них, пытаясь спастись, не смог сесть на автобус. Или самолет.

– Может быть, люди боялись, что будут изолированы. Для многих людей мысль быть разлученными с близкими страшнее, чем заболеть. Никто не хочет умирать в одиночестве.

– Да, это верно. Зачем умирать в одиночестве, когда ты можешь найти компанию? Нет лучшего признания в любви, чем передать грёбаную смертельную инфекцию самым близким людям. Не могу представить себе ничего более безответственного, чем делать что-то подобное.
Он принёс ей вина такого яркого золотистого оттенка, что казалось в бокале не вино, а сцеженный по капле чистейший солнечный свет.
– Я в такой ситуации, например, предпочел бы умереть, чем подвергнуть тебя риску. Это действительно было бы легче, закончить свою жизнь, зная, что я делаю это, чтобы защитить других.
Передавая ей стакан, он ласково погладил её пальцы. У него было доброе прикосновение, такое понимающее. Это было его лучшее качество, некое интуитивное ощущение, когда нужно заправить прядь её волос за ухо, или пригладить нежный пушок сзади на ее шее.
– Как легко можно подхватить эту заразу? Она передается как грибок на ногах, да? Пока ты моешь руки и не ходишь по полу босиком, ты в порядке? Эй. Эй. Не подходи к мертвому парню, так?

– Нет.
Харпер не стала тратить время на то, чтобы оценить аромат французского вина и вдохнуть букет, как учил её Джейкоб однажды. Ей было тогда двадцать три, она только что переспала с ним и была пьяна от него больше, чем когда-либо от вина. Харпер осушила бокал совиньон блан в два глотка.