Пылающий человек (Джо Хилл)


Он попрощался, повесил трубку и посмотрел на неё:


– Что случилось? Почему ты вернулась?


– Там, за школой, был человек, - ответила Харпер, и невысказанный ужас тисками сдавил ей горло.


Он сел рядом с ней и обнял за плечи:


– Всё в порядке, всё хорошо.


Спазм прошёл, и она снова обрела голос:


– Это было на школьном дворе. Он шатался, будто пьяный, а потом упал и вспыхнул, как солома. Он сгорел дотла. Его видела половина школы – почти во всех классах окна выходят на школьный двор. Я весь день успокаивала детей.


– Надо было мне сказать. Я бы оторвался от телефона.


Она повернулась к нему и положила голову ему на грудь. Он её обнял.


– В спортзале собралось четыре десятка детей, несколько учителей и директор. Кто-то плакал, кто-то дрожал, кого-то тошнило. Мне самой казалось, что меня сейчас вырвет. Меня трясло и хотелось разрыдаться.


– Но ты этого не сделала.


– Нет, я раздавала сок в коробочках – ничего лучше я на тот момент не придумала.


– Ты сделала всё, что могла. Ты помогла этим детям пережить самые страшные минуты их жизни. Ты же сама это понимаешь. Они навсегда запомнят, как ты о них заботилась. Ты сделала это, и теперь всё позади. Ты со мной.


На какое-то время она затихла в его объятьях и лишь вдыхала его запах – запах кофе и одеколона с сандаловыми нотками.


Потом он отпустил её. Его ореховые глаза смотрели пристально.


– Когда это случилось?


– Во время первого урока.


– Скоро три. Ты обедала?


– Да… нет.


– Голова кружится?


– Немного.


– Тебе нужно поесть. Не знаю, что у нас в холодильнике. Может, заказать что-нибудь…


– А, может, просто воды?


– Хочешь вина?


– Ещё лучше.


Он встал и подошёл к маленькому холодильнику, рассчитанному на шесть бутылок вина. Он взял одну бутылку, потом другую, словно размышляя, какое вино лучше сочетается со смертельной инфекцией, и сказал:


– Я думал, эта зараза встречается только в тех странах, где воздух настолько грязен, что им невозможно дышать, а вместо рек сточные канавы, – Китай, Россия, или там бывшая коммунистическая республика Дермистан.


– Вчера вечером Рейчел Меддоу сказала, что в Детройте уже около сотни случаев.


– Вот и я о том. Я думал, такое может случиться только в какой-нибудь вонючей дыре, куда никто по своей воле не сунется – типа Чернобыля или Детройта, – бутылка с хлопком открылась. – Не понимаю, как человек, подхвативший эту дрянь, может оказаться в автобусе или самолете.


– Наверное, боятся карантина. Разлука с близкими для них страшнее, чем возможность заразить других людей. Никто не хочет умирать в одиночестве.


– Ну конечно! Зачем умирать в одиночку, когда можно найти себе компанию? Что может рассказать о твоей любви красноречивее смертельной заразы, оставленной на память близким? – Он поднёс ей бокал вина, золотистого, как солнечный луч. - Если бы я заболел, то скорее согласился бы умереть, чем заразить тебя, подвергнуть тебя опасности. Мне было бы легче умереть, зная, что моя смерть спасёт другие жизни, – передавая ей бокал, он слегка дотронулся до её пальцев. Он касался её легко и умело. Это природное чутьё она любила в нём больше всего – он умел вовремя поправить ей локон или пригладить пушок на затылке.


– А что, легко подхватить эту заразу? Она ведь передаётся, как грибок на ногах, так? Достаточно ведь просто мыть руки и не разгуливать босиком по спортзалу? Эй! Эй! Ты ведь не подходила к трупу?


– Нет, – Харпер не стала опускать нос в бокал, чтобы оценить букет, как учил её Джейкоб, когда ей было 23, и секс с ним пьянил её сильнее любого вина. Она в два глотка осушила бокал Совиньон-блан.