The Fireman (Joe Hill)

Он повесил трубку и посмотрел на нее.
-Что случилось? Почему ты дома?
- Какой-то человек… Он был за школой, - начала Харпер, и вдруг как будто ком застрял у нее в горле.

Он сел рядом с ней и успокаивающе погладил по спине.
- Ничего, все в порядке, все хорошо…
Цепкие пальцы спазма разжались, и к ней снова вернулся голос.
- Он бродил по игровой площадке, шатался, словно пьяный в стельку. А потом упал и загорелся. Полыхал так, словно был весь из соломы. Полшколы это видело. Почти что в каждом классе окна выходят на площадку. Остаток дня я выводила детей из шока.
- Ты должна была сразу мне сказать. По телефону я и потом мог поговорить.

Она подалась к нему и опустила голову на его грудь, он крепко обнял ее.
- И вот у меня сорок человек детей в спортзале, несколько учителей, и еще директор, и некоторые плачут, некоторые дрожат, а некоторых рвет. А у меня такое чувство, что я все это делаю одновременно.
- Но ты ведь держалась?
- Да, конечно. Я раздавала коробки с соком. Медицинская помощь по последнему слову техники, ничего не скажешь.
- Ты делала, что могла, - с жаром начал он, - ты была с детьми в такой страшный момент их жизни. Ты же это знаешь, правда? То, что им пришлось увидеть – просто ужасно. А ты была с ними рядом, ты заботилась о них. Поверь, они до конца дней об этом не забудут. Ты это сделала, и теперь все прошло, ты теперь со мной.

Несколько мгновений она была неподвижна и безмолвна в теплом кольце его рук, вдыхая смесь запахов сандалового одеколона и кофе.
- Когда это случилось? – он мягко разомкнул объятия и устремил на нее внимательный взгляд своих глаз цвета миндаля.
- Утром, во время первого урока.
- Уже три часа. Ты обедала?
- Угу.
- Голова кружится?
- Угу.
- Давай-ка чем-нибудь тебя подкрепим. Не знаю, есть ли что-нибудь в холодильнике. Можем заказать что-нибудь.
- Может, просто немного воды, - ее голос звучал невыразимо устало.
- Как насчет вина?
- Даже лучше.

Он встал и направился к ведерку со льдом на полке. Пока он пристально рассматривал бутылки – какое вино лучше всего сочетается со смертельной заразой? – он говорил:
- Я думал, подобные вещи происходят только в странах, где загрязнение настолько сильное, что дышать невозможно, а реки похожи на зловонные клоаки. Китай там, Россия. Бывшая коммунистическая республика Дерьмостан.
- Рэйчел Мэддоу сказала, в Детройте было почти сто случаев.
- И я о том же. Я думал, такое бывает только в грязных местах, куда никто не ездит, в Чернобыле, или вот в Детройте, - хлопок вылетающей пробки. - Не понимаю, что может заставить зараженного человека сесть в автобус. Или в самолет.
- Может быть, они боялись карантина. Так страшно, что тебя изолируют от твоих любимых, страшнее, чем заразить тысячи людей. Никто не хочет умирать в одиночестве.
- Да, это так. Зачем же умирать в одиночестве, если можно организовать себе компанию? Ничто не скажет о твоей любви лучше, чем долбанная смертельная инфекция, которую ты передашь всем вокруг, включая своих близких.

Он подал ей бокал золотистого вина, словно чашу беспримесного солнечного света.
- Если бы я был заражен, я бы предпочел умереть. Не стал бы подвергать тебя риску. Да, я бы просто ушел, зная, что тем самым спасу множество людей. Не могу себе представить ничего более безответственного, чем разгуливать вот так, как ни в чем не бывало.

Протягивая ей бокал, он слегка коснулся ее пальцев. Прикосновение было нежным, понимающим. Это было лучшее в нем, умение почувствовать тот момент, когда нужно ласково убрать прядь волос за ушко или бархатисто погладить затылок и шею.
- Интересно, легко ли цепляется эта зараза? Она передается, как какой-нибудь грибок стопы? И пока ты моешь руки с мылом и не ходишь босиком в спортзале, ты в безопасности? Стоп! Ты же не подходила близко к мертвому парню, правда?
- Нет, - Харпер даже не стала вдыхать букет французского аромата, как научил ее Джейкоб. Ей тогда было двадцать три, она была свежа и прекрасна, и пьянела от своего мужчины больше, чем когда-либо от вина. Теперь свой белый sauvignon она прикончила в два глотка.