Пожарный. Джо Хилл

Он окончил разговор, повесил трубку и взглянул на нее:
- Что случилось? Почему ты дома?
- Там, за школой, был человек, - сказала Харпер, и от волнения слова комом застряли у нее в горле.
Он присел рядом, и коснулся рукой ее спины.
- Хорошо, - сказал он, - все хорошо.
Напряжение в ее связках спало, и она почувствовала, что снова может говорить.
- Он был на детской площадке, шатался, как пьяный, а потом упал и вспыхнул. Он сгорел так быстро, будто был из соломы. Половина детишек в школе все это видела. Площадку видно практически из каждого класса. Я полдня приводила шокированных детей в чувство.
- Ты должна была рассказать мне. Ты должна была оторвать меня от телефона.
Она обернулась к нему и уткнулась головой в его грудь, а он обнял ее.
- В какой-то момент передо мной в спортзале было сорок детишек, несколько учителей и директор, и кто-то плакал, кто-то трясся от страха, а кого-то тошнило, мне же казалось, что со мной происходит все это сразу.
- Но это было не так.
- Нет. Я раздавала пакетики с соком. Такое вот последнее достижение медицины.
- Ты делала, что могла, - сказал он, - перед тобой была куча детишек, ничего ужаснее случившегося в жизни не видевших. Ты же понимаешь? И они до конца своих дней будут помнить твою заботу. Ты сделала, что могла, и теперь все позади, а ты - здесь, со мной.
На мгновение она тихонько застыла в его объятиях, вдыхая его особый аромат - сандаловый одеколон и кофе.
- Когда это случилось? - он высвободился, не спуская с нее внимательного взгляда своих миндально-карих глаз.
- Во время первого урока.
- Уже почти три. Ты обедала?
- Неа.
- Голова кружится?
- Угу.
- Давай-ка тебя накормим. Не знаю, что там в холодильнике. Могу заказать нам чего-нибудь.
- Можно просто воды, - попросила она.
- А может вина?
- Даже лучше.
Он поднялся и подошел к небольшому винному шкафчику на шесть бутылок, стоящему на полке. Переводя взгляд с бутылки на бутылку (какое вино лучше сочетается со смертельной инфекцией?), он сказал:
- Я думал, такие вещи случаются только в странах, где загрязнение настолько сильное, что невозможно дышать, а реки превратились в сточные канавы. Китай, Россия. Бывшая коммунистическая республика Турдистан.
- Рэйчел Мэддоуз говорила о сотнях подобных случаев в Детройте. Она вчера вечером об этом рассказывала.
- Вот и я о том же. Я думал, такое возможно только в очень загрязненных местах, откуда все бегут. Типа Чернобыля или Детройта.
Пробка хлопнула.
- Не понимаю, почему зараженные люди садятся в автобусы. Или в самолеты.
- Может они боятся попасть в карантин. Сама мысль о том, чтобы быть отрезанными от своих родных, страшнее угрозы заразить кучу людей. Никто не хочет умирать в одиночестве.
- Да уж. Зачем умирать в одиночестве, когда можно обзавестись компанией? Нет лучше способа выразить свою любовь ближним, чем заразить их жуткой, мать ее, убийственной болезнью.
Он подал ей бокал золотистого вина, как чашу, наполненную жидким солнечным светом.
- Если бы я подхватил такое, то скорее умер бы, чем заразил тебя. Чем подверг бы тебя риску. Думаю, гораздо легче было бы умереть, зная, что не подверг никого опасности. Разгуливать с подобной инфекцией - трудно вообразить, что может быть безответственней.
Он передал ей бокал, и в этот момент мягко коснулся ее пальца. Теплое прикосновение; сочувствующее прикосновение; одно из его лучших качеств - интуитивное чутье, когда нужно завести прядь ее волос за ухо, или успокоить нервное подергивание в затылке.
- Легко ли подцепить эту заразу? Она передается как грибок, да? Пока ты моешь руки и не ходишь босиком по спортзалу, все в порядке? Эй. Эй. Ты ведь не подходила близко к тому парню?
- Нет, - Харпер не стала утруждать себя смакованием французского букета, как учил ее Джейкоб, когда ей было двадцать три, она была свежа и пьянела от него больше, чем от вина. Она выпила свой совиньон блан в два глотка.