Пожарный (Джо Хилл)


Он прекратил разговор, положил телефонную трубку и посмотрел на нее.


- Что случилось? Почему ты уже дома?


- Там за школой, один человек, - произнесла Харпер, и волнение как клинком пронзило ей горло.


Джейкоб сел рядом с ней, погладил по спине.


- Ну, ну всё.


Горло отпустило, она снова смогла заговорить.


- На детской площадке. Он шатался как пьяный. А потом упал и загорелся. Вспыхнул будто соломенный. На глазах у половины школы. Площадку видно почти из всех классов. Я весь день успокаивала до смерти перепуганных детей.


- Сразу бы мне рассказала. Не дожидаясь, пока я закончу говорить по телефону.


Харпер повернулась к мужу, он обнял её, она прижалась лицом к его груди.


- В какой-то момент у меня в спортзале оказались сорок детей, всего лишь несколько учителей с ними и директор. Кто-то кричал, кого-то трясло от страха, кого-то рвало. А я чувствовала себя так, будто со мной и то, и другое, и третье.


- Но ведь с тобой ничего подобного не происходило?


- Нет. Я коробки с соком раздавала. Неотложная медицинская помощь, прямо на месте.


- Ты делала, что могла. Бог знает сколько детей благодаря тебе смогли выдержать самое страшное из того, что они видели в жизни, понимаешь? Да они до конца своих дней будут помнить, как ты о них заботилась. Ты справилась, теперь уже всё позади, и ты здесь, со мной.


Какое-то время она, притихшая, оставалась в кольце его рук, вдыхая только ему принадлежащий запах – смесь сандала и кофе.
- В котором часу всё случилось? – Джейкоб отстранился, его светло-карии глаза смотрели пристально.


- Шёл первый урок.


- Скоро уже три. Ты обедала?


- Угу.


- Себя не помня?


- Угу.


- Тебе надо поесть. Не знаю, что там в холодильнике. Хочешь, я закажу нам чего-нибудь?


[- Кому мясо-гриль? – пронеслось у неё в голове, и комната качнулась будто палуба. Харпер откинулась на спинку дивана.]


- Просто дай воды.


- Может, вина?


- Даже лучше.


Джейкоб поднялся и подошёл к полке с маленьким баром на шесть бутылок. Взглянул на одну из них, потом на другую.


- Какой сорт вина вы предпочитаете к смертельной инфекции? Я думал, эту дрянь можно подцепить только в экологически неблагополучных странах, где дышать не чем, и реки как стоки для отходов. В Китае. В России. В бывшей Коммунистической Республике Турдистан.


- Рэйчел Мэддоу сказала, в Детройте почти сотня заболевших. Вчера вечером в новостях.


- Вот именно. Мне казалось, такое бывает разве что на каких-то помойках, куда калачом никого не заманишь, вроде Чернобыля или Детройта.


Пробка выскочила из бутылки.


- Не понимаю, как люди, зная, что больны, могут садиться в автобус. Или в самолёт.


- Может, карантина боятся. Мысль, что тебя разлучат с родными, страшнее опасности заразить многих вокруг себя. Никто не хочет умереть в одиночестве.


- Да уж. Зачем умирать одному, если можно в компании? Нет лучше способа высказать любовь своим самым близким людям, чем подарить им жуткую гибельную заразу, чёрт возьми!


Джейкоб подошёл к Харпер, держа в руке бокал золотящегося словно сжиженный солнечный свет вина.


- Если бы я заболел, то предпочёл бы умереть, чем заразить тебя. Чем подвергнуть тебя опасности. Думаю, я и правда гораздо легче свёл бы счёты с жизнью, зная, что поступаю так во имя спасения других людей. Разве есть что-то более безответственное, чем разгуливать с такой пакостью!


Подавая бокал, он коснулся её пальца. Нежное, знающее прикосновение. Вот что она любила в нём больше всего – он её как кожей чувствовал, даже то, когда ей надо поправить выбившуюся прядку волос или пригладить нежный пушок на шее.


- Насколько легко подхватить такое дерьмо? Примерно как грибок? Если мыть руки и не бегать босиком по спортзалу, то всё будет в порядке, так ведь? Эй! Эй! Ты же не подходила близко к тому обугленному бедняге, нет?


- Нет.

Харпер в два глотка прикончила Совиньон-блан, не удосужившись поднести бокал к носу, чтобы насладиться французским букетом, как Джейкоб её учил, когда она, наивная двадцатитрёхлетняя девчонка, хмелела от него сильнее, чем от любого вина.