Пожарник (Джо Хилл)

Завершив разговор, он положил трубку и взглянул на нее. «В чем дело? Почему ты дома?»


«Какой-то человек рядом со школой», - произнесла Харпер и от накативших чувств у нее встал ком в горле.


Он сел рядом и погладил ее по спине. «Успокойся, - сказал он. – Все в порядке».


Напряжение спало и она смогла продолжить. «Он был на школьном дворе, шатался как пьяный. Потом упал и загорелся. Вспыхнул, как стог сена. Полшколы видело это. Двор просматривается из всех классов. Весь день я успокаивала детей».


«Ты могла бы сказать мне это, оторвать от телефона», - сказал он и обнял ее.


Она повернулась к нему и положила голову на грудь.


«Со мной в спортзале было сорок детей и всего пару учителей с директором. Кто-то плакал, кого-то била дрожь, кого-то тошнило, и мне казалось, что со мной одновременно происходит то же самое».


«Но это же было не так?»


«Нет. Я раздавала пакетики с соком. Новейшее медицинское средство, как раз к месту».


«Ты сделала все, что смогла, - сказал он. – Кто знает, что ждет этих детей, с какими ужасами они еще столкнутся. Ты и сама это прекрасно знаешь. Но они запомнят на всю жизнь, как ты за ними ухаживала. Ты справилась и теперь это в прошлом, а сейчас ты здесь, со мной».


Она успокоилась и затихла в его объятиях, вдыхая привычный запах духов с ароматом сандала и кофе


«Когда это произошло?» – он отстранился, карие глаза смотрели на нее в упор.


«На первом уроке».


«Уже три часа. Ты обедала?»


«Хм-м».


«Голова кружится?»


«Угу»


«Надо поесть. Не знаю, что в холодильнике. Может, закажем что-нибудь?»


«Лучше просто воды», - ответила она


«Может быть вина?»


«Еще лучше».


Он встал и направился к винному кулеру на шесть бутылок, стоявшему на полке в другом конце комнаты. Перебирая бутылки – какой тип вина подойдет к смертоносной заразе? – он сказал: «Я думал, это случается только в тех странах, где воздух такой грязный, что им невозможно дышать, а реки представляют собой канализационные стоки. Китай. Россия. Бывшая Коммунистическая республика Турдистан».


«Рейчел Мэддоу вчера вечером сообщила, что в Детройте уже почти сотня таких случаев».


«Именно это я имел в виду. Я думал, что в такие грязные дыры вроде Чернобыля и Детройта никто не хочет ехать». Хлопнула вытащенная из бутылки пробка. «Не понимаю, как эти заразные могут садиться в автобус. Или в самолет».


«Может быть, они боятся, что их отправят в карантин. Мысль о том, что тебя разлучать с теми, кого любишь, для многих страшнее болезни. Никто не хочет умирать в одиночку».


«Верно. Зачем умирать в одиночестве, когда можно это сделать в компании? Никто не скажет «я тебя люблю», заражая смертельной болезнью самого близкого и дорогого человека». - Он подошел к ней с бокалом вина, в котором золотистые блики играли словно солнечные зайчики. «Если бы у меня это было, я бы умер, но не подверг тебя риску заразиться. Мне было бы легче проститься с собственной жизнью, зная, что другие будут в безопасности. Нет ничего более безответственного, чем разгуливать, зная об этом». Он передал ей бокал, коснувшись ее пальцев. Мякое, осознанное прикосновение. Он умел почувствовать момент и всегда знал, когда надо убрать за ухо упавшую на глаза прядь или пригладить пушок на затылке. «Эту заразу легко подхватить? Она передается как грибок, так? Если мыть руки и не ходить босиком в спортзале, все будет в порядке? Эй, ты же не подходила к этому парню, который умер?»


«Нет». Харпер не стала подносить бокал к носу, чтобы насладиться букетом, как научил ее Якоб, когда ей было двадцать три и она впервые лежала рядом с ним пьяная от близости сильнее, чем от вина. Она проглотила совиньон двумя большими глотками.