Пожарник (Джо Хилл)


Он закончил разговор по телефону, положил трубочку и посмотрел на нее: «Что случилось? Почему ты дома?»


- За школой был человек, - сказала Харпер и в этот момент эмоции нахлынули на нее и ком подкатил к горлу.


Он сел рядом с ней и обнял за плечо.


- Все хорошо, - сказал он. – Все в порядке.


Напряжение в горле спало, голос вернулся и она смогла начать снова. «Он был на игровой площадке, шел покачиваясь как будто был пьян. Потом он упал и загорелся. Он загорелся так быстро словно он был сделан из соломы. Половина учеников видела это. Почти все окна классов выходят на игровую площадку. Мне пришлось выводить детей из шокового состояния всю вторую половину дня».


- Почему ты мне не сказала? Почему не заставила меня прекратить телефонный разговор?


Оставаясь в его объятьях, она повернулась к нему лицом и положила голову на его грудь.


- В какой-то момент сорок детей, несколько учителей и директор оказалась со мной в спорт зале: одни плакали, других трясло, третьих рвало, а я чувствовала себя так, как будто это я плачу, меня трясет и рвет одновременно.


- Но, ты выдержала.


- Да. Я раздавала пакеты с соком. Передовое медицинское обслуживание, прямо там.


- Ты сделала все что смогла, - сказал он. - Ты помогла кто знает скольким детям пройти через наихудшее что им приходилось видеть в своей жизни. Ты же это знаешь, не так ли? Они запомнят на всю жизнь то, как ты о них заботилась. Ты справилась с этим, и это уже в прошлом, сейчас ты здесь со мной.


Некоторое время она молчала и не двигалась в его объятьях, вдыхая его особый запах: смесь сандалового одеколона и кофе.


- Когда это произошло? - он выпустил ее из рук, пристально посмотрел на нее своими миндальными глазами.


- На первом уроке.


- Скоро будет три часа. Ты обедала?


- Эм.


- Голова кружиться?


- Угу.


- Давай-ка мы тебя накормим. Я не знаю, что там у нас в холодильнике. Но, я мог бы заказать нам что-то.


- Может немного воды, сказала она


- А как насчет вина?


- Даже лучше.


Он встал и подошел к встроенному винному холодильнику на шесть бутылок. Затем он посмотрел на одну бутылку, потом на другую: «Какое вино ты сравнила со смертельной инфекцией? - спросил он. - Я думал это относилось только к странам с высокой загрязненностью воздуха, где невозможно дышать, а реки – это открытые водосточные трубы. Китай. Россия. Бывшая коммунистическая республика Турдистан».


- Рэйчел Мэддоу сказала, что в Детройте насчитывается порядка ста случаев. Она говорила об этом вчера вечером.


- Это то, что я имею ввиду. Я думал, что это происходило только в грязных регионах, куда никто не хочет ехать как Чернобыль или Детройт. - Пробка с характерным хлопком вышла из горлышка. - Я не понимаю, почему кто-то с этим войдет в автобус или самолет.

- Может быть они боялись попасть под карантин. Мысль, что тебя изолируют от твоих близких, страшнее, того что может заболеть много людей. Никто не хочет умереть в одиночестве.


- Да, правда. Зачем умирать одному, если можно умереть вместе? Ничто не говорит лучше: «Я люблю тебя», - чем передать ужасную чертову смертельную инфекцию своим самым близким и любимым людям. – Он принес ее стакан вина золотого цвета, словно он был наполнен солнечным светом. «Если бы я был заражен, я бы лучше умер, чем заразил бы и тебя тоже. Я не смог бы поставить тебя под угрозу. Я думаю, что было бы легче покончить с собственной жизнью, зная, что я уберегаю этим других от болезни. Не могу представить себе ничего более безответственного, чем расхаживать по улицам с чем-то подобным». Он передал ей стакан, погладив при этом ее палец. Его прикосновение было нежным, понимающим; это было самое лучшее в нем, его интуитивное понимание, когда нужно поправить ее прическу, заложив прядь волос за ухо, или пригладить выбившиеся волоски на затылке. «Как просто можно подхватить эту заразу? Это передается как грибок стоп, не так ли? Если ты моешь руки и не ходишь босиком по спорт залу ты в порядке? Эй. Эй. Постой-ка, ты ведь не подходила близко к тому метровому парную?»


- Нет.- Харпер даже не потрудилась оценить аромат букета французского вина, как учил ее Якоб, когда ей было двадцать три, и у нее только-только появилось подобное состояние, и она была больше опьянена любовью к нему, чем когда либо от вина. Она в два глотка расправилась со своим стаканом вина Совиньон Блан.